Том 1 - Глава 3: Без названия

На следующее утро, когда Ая пришла в школу, Юки уже сидела на своём месте и оживлённо болтала с друзьями.

Её парта стояла впереди, со стороны коридора. Вокруг собралась компания: три девушки и двое парней — все сплошь яркие, эффектные лица.

Слово «школьная иерархия» не слишком подходило их дружному классу, но если уж примерять эту шкалу, перед глазами была безусловная верхушка касты. Симпатичные, подтянутые, с прекрасной успеваемостью или заметными успехами в спортивных секциях, да ещё и с весомым правом голоса в любой компании.

Ая с ними почти не пересекалась, но за целую четверть бок о бок успела понять: ребята они совершенно безобидные и в целом неплохие.

— А-а-а!.. Чёрт, вспомнила на свою голову! Скоро же промежуточные!

Одна из девушек — миниатюрная, фонтанирующая энергией Эндо из «клуба идущих домой» — навалилась спиной прямо на парту Юки и истошно завопила. Шумная, как всегда.

Проходя к своему месту, Ая скользнула по ним косым взглядом. Юки слушала подругу с виновато-горькой усмешкой:

— Ну так отличный повод взяться за ум и подучить, нет? С такими оценками тебе и в вуз поступить сложно будет, и работу потом искать.
— Ой, мне нормально! Я стану ютубером! Буду жить на доходы от блога!
— Думаю, на этом пути трудностей ничуть не меньше…
— Прекрати читать нотации, прямо как взрослая зануда! Эх, хорошо быть первой на параллели… Никаких тебе переживаний о будущем. Ты ведь и в этот раз опять максимум по всем предметам выбьешь, да?

Юки легонько стукнула нависшую над ней Эндо ребром ладони по макушке, словно пытаясь образумить:

— Да невозможно всегда писать на максимум. Все люди ошибаются. Поэтому я тоже учусь и тоже переживаю.

Сидевший рядом парень отлип от смартфона, закинул ногу на ногу и вставил свои пять иен:

— Да ладно тебе, Каяно. В конце прошлой четверти ты закрыла всё на сто баллов из ста. В учительской только об этом и говорили — сказали, со дня основания школы такого не бывало.

Звали его Синодзаки. Высокий, худой, в стильных очках и с правильными чертами лица — звезда футбольного клуба, по которому сохла добрая половина школы. Юки лишь кисло поморщилась в ответ на его воспоминания и попыталась отмахнуться:

— Случайность…

— Если б на сотку можно было сдать «случайно», никто бы над учебниками не горбился, — парировал Синодзаки с железной логикой. Юки прикусила язык.

— Слушайте, у неё же вся семья — врачи, да? Обалдеть, везёт же людям…

Эндо протянула это со смесью детского восхищения и белой зависти. Синодзаки скрестил руки на груди и прикрыл глаза:

— Завидуй не завидуй, толку ноль. У Каяно мозги изначально иначе устроены, нам до неё не дотянуться.
— Да понятно, но всё равно… Хотела бы я сдать всё играючи, а потом ходить с гордым видом победителя по жизни!

Пока они рассуждали о ней, как о небожительнице из другого мира, Юки молча слушала, и на её лице застыло странное, сложное выражение.

Наблюдая за этой сценой издалека, Ая опустилась на своё место у окна в глубине класса, поставила сумку и тихо вздохнула. Раньше она не обращала на подобное внимания… Но теперь всё встало на свои места: жить среди людей, для которых твои идеальные результаты — сама собой разумеющаяся норма, под постоянным прессом чужих ожиданий… От такого груза любой заработает себе нервный срыв.

«У каждого свои скелеты в шкафу», — подумала Ая, разглядывая профиль одноклассницы.

— Утречко. Ты куда это так пялишься?

Сидевшая впереди девушка повернулась к ней, не отрываясь от телефона. Это была Такаги — они сдружились ещё при переходе в этот класс. Среднего роста, с волнистым каре. Уши у неё были усыпаны пирсингом, но благоразумия хватало не нацеплять всё железо в школу.

Ая плавно отвела взгляд от Юки и невозмутимо отозвалась:

— Доброе. Да вот вспомнила, что скоро промежуточные.
— А-а, эти… Ну так ты ж всё равно к ним не готовишься, какая тебе разница?
— Я не жалуюсь, просто констатирую факт.
— Ишь какая спокойная нашлась.
— Я на уроках слушаю внимательно. Мои мыслительные процессы принципиально отличаются от твоих, Такаги.
— Вот оторвешься от меня в табеле баллов на тридцать — тогда и вякай. А сейчас у нас погрешность, сущая ерунда.
— Оторвись я на тридцать баллов, это было бы уже не подначкой, а неприкрытым издевательством.

— Справедливо, — признала та.

Ая сладко зевнула, плюхнулась на стул и принялась доставать тетради к первому уроку.

В этот момент за столом перед Такаги зашевелилась ещё одна девушка: заметив приход Аи, она оборвала разговор со своей компанией и подскочила к ним. Невысокая девчонка, круглый год кутающаяся в объёмные кардиганы.

— Доброе утро, Ая! А ну-ка, посмотри на меня! — звонким голоском возвестила Морисита, широко раскинув руки и гордо демонстрируя себя. Общительная, милая, вторая «карманная зверушка» их класса — правда, в отличие от шумной Эндо, без капли яда.

Ая замерла и скептически прищурилась. Такаги за её спиной устало приложила ладонь ко лбу и буркнула себе под нос: «Бесполезно, даже не пытайся».

— Вы о чём вообще? — уточнила Ая.

— Сегодня во мне что-то изменилось по сравнению со вчерашним днём! Ну, что именно? Угадай!

Ая с кривой усмешкой посмотрела на подругу, включившую режим капризной девушки. Потом перевела взгляд на Такаги.
— Я не угадала, — развела руками та.
— Оно и видно, — хмыкнула Ая.

Она не настолько зациклена на людях, чтобы сканировать чужую внешность каждый день, да и на первый взгляд никакой разницы не было. Чувствуешь себя так, будто тебя заставили разгадывать головоломку «найди десять отличий» на детской салфетке в кафе.

Ая уже хотела ляпнуть первое попавшееся, извиниться и замять тему, но Мориситу стало по-человечески жалко. Пришлось упереться локтями в парту и внимательно впиться в неё взглядом. Окинула с ног до головы: форма сидит как обычно, причёска та же. «Кончики подровняла? — мелькнула мысль. — Вряд ли, уверенности ноль. К тому же такой очевидный вариант наверняка уже озвучила Такаги, а раз не угадала — дело не в этом».

Ая ещё пару секунд разглядывала сияющую физиономию Мориситы, пока её вдруг не осенило:
— А-а… — невольно сорвалось с губ, и она спокойно вернулась к учебникам: — Тинт сменила? Симпатичный оттенок.

У Такаги глаза на лоб полезли. Морисита же в диком восторге запрыгала на месте:

— Да ладно?!
— Вот видишь, видишь?! Ая сразу заметила! Потому что она на меня смотрит!
— А ты даже элементарного не видишь, позорница Такаги!

После чистой победы Ая одарила подругу протяжной победной усмешкой, на что та только скрипнула зубами: «Бесишь…» Морисита же с довольным видом потрогала мягкие губы и упорхнула обратно на своё место. Проводив её взглядом, девушки продолжили разговор, даже не глядя друг на друга:

— А ты, оказывается, внимательная к людям.
— Если ты так говоришь, наверное. Хотя в норме такое вообще никто не замечает.
— Вот именно! Слава богу, мы с ней не встречаемся — заводить себе такую девушку сплошная морока.
— Да с большинством людей так. Чем ближе сходишься, тем больше дерьма всплывает наружу.
— Вопрос резкости оптики?
— Угу, вопрос резкости.

Выложив на стол учебник по математике, тетрадь и пенал, Ая сунула руки в карманы пиджака. Такаги последовала её примеру, выудив канцелярию из сумки, а затем обернулась:

— Кстати. Мы сегодня в караоке собираемся, ты с нами? Ты ведь лёгкую атлетику бросила, времени вагон. Пойдут Морисита и Ватанабэ.

Услышав свои фамилии, сидевшие через парту девчонки выглянули из-за плеча Такаги и замахали руками. Ая слабо махнула в ответ, виновато скривившись:

— Времени-то вагон, не спорю. Но от безделья я на каждый свободный день набрала смен в лавке у отца.
— Опять? Вечно ты на подработке. Ты что, бедствуешь?
— С деньгами всё в порядке, просто, как ты и сказала, скучно. Секцию-то я бросила. Ночью я свободна всегда, а в будни могу выбраться, если предупредите хотя бы за пару дней.

Такаги пожала плечами и повернулась обратно к доске:

— В старшей школе все тусовки спонтанные, решаются день в день. С тобой каши не сваришь.
— На выходных-то обычно заранее договариваются. Так что не дуйся, зови ещё. А то мне одиноко станет.
— Ага-ага. Будет настроение — позову.

Зная, что её «будет настроение» на самом деле означает «сделаю всё возможное», Ая бросила короткое: «Спасибо», достала телефон и едва заметно зевнула в кулак.