Том 1 - Глава 3: Ложь и партнер

Прошла уже неделя с тех пор, как я выбежала из дома Масиро.

В итоге, так и не набравшись смелости написать ей, я просто позволяла времени идти.

Даже когда сестра впервые за долгое время привела в гости своих друзей, включая Масиро, я не могла заговорить с ней первой.

Масиро, сидевшая на своем обычном месте на диване, выглядела еще более подавленной, чем раньше.

«Масиро, что-то случилось в последнее время?»

«Говорят, сбежала кошка, которую она приютила».

«Ой, как жаль».

Друзья сестры, не знавшие, что той кошкой была Ненэко, мягко подбадривали её: «Не расстраивайся».

«Нэнэка, можно я возьму лимонный чай?»

«Да, конечно. Он должен быть на верхней полке. Масиро, ты ведь правда любишь лимонный чай».

Они так часто бывали в доме Некояма, что знали расположение кухни.

Ненэко набралась смелости и последовала за Масиро, направившейся к кухне.

Из-за того, что Ненэко в тот день случайно залезла в вещи сестры, она причинила Масиро ненужную боль.

Она хотела хотя бы чем-то помочь.

«Э-э, Масиро-сэмпай».

«Что-то случилось?»

«Я тоже люблю кошек… если хотите, можем как-нибудь сходить в кошачье кафе».

Собрав остатки смелости, она пригласила любимого человека куда-то сходить.

Услышав слова Ненэко, Масиро слегка улыбнулась, но это была не та улыбка, которую она дарила Ненэко в кошачьем облике. В конце концов, вызвать улыбку на её лице могла только кошка.

«…Какая же ты добрая, кошечка».

Она протянула руку и нежно погладила меня по голове.

Даже если она относилась ко мне как к ребенку, от её прикосновений сердце билось чаще.

«Если я тебе подхожу, то можем сходить вместе?»

Я несколько раз кивнула, чувствуя, как щеки заливаются румянцем.

Я уже начала думать о том, что надеть, как вдруг заметила что-то в глазах Масиро.

Мне показалось, что в её взгляде затаилась грусть.

Не одиноко ли ей живется одной в этом доме?

Той ночью она обмолвилась, что её выгнали из семьи, считая монстром, хотя я не всё расслышала.

Мне хотелось знать, но я не могла спросить.

Я не могла спросить её в человеческом облике о том, что подслушала, будучи кошкой.

　　　　　　

Несколько дней спустя. Я шла по смутно знакомой дороге с простым бумажным пакетом в руках.

На самом деле я хотела вернуть вещи в красивой упаковке, но, чтобы случайно не выдать себя, лучше было выбрать что-то нейтральное.

Чтобы вернуть футболку, шорты и сланцы, которые я тайком одолжила, когда выбиралась из её дома, Ненэко направилась в квартиру Масиро.

Когда я повернула за угол, показалось знакомое здание, и я вздохнула с облегчением.

При дневном свете его стильный внешний вид казался еще более выразительным.

«Живет одна в таком месте…»

Она говорила, что ей дали кредитную карту, наверное, её семья довольно богата.

Она красива, у неё хорошая фигура.

И вдобавок у неё такой хороший характер — почему же её выгнали, обозвав монстром? Мне было невероятно любопытно.

«Да и сестра мне ничего не говорила…»

Если мы станем ближе, чем сейчас, может быть, она расскажет?

Мне хочется узнать, но я не уверена, что она мне доверится.

На лифте я поднялась на нужный этаж и быстрым шагом направилась к квартире Масиро.

Чтобы не столкнуться с ней, я повесила пакет на ручку входной двери.

Когда я уже хотела развернуться и уйти, я увидела женщину, которая смотрела на меня с удивлением.

«Кошечка…?»

В школьной форме, с растерянным видом стояла хозяйка этой квартиры — Масиро.

Я попыталась пройти мимо, не говоря ни слова, но она схватила меня за руку.

«Что ты здесь делаешь?..»

«М-меня сестра попросила… передать вам кое-что…»

Я выпалила первое, что пришло в голову, и на лице Масиро появилась суровая гримаса.

Она, всё ещё держа меня за руку, резко отперла дверь и втолкнула меня внутрь.

Я потеряла равновесие и упала прямо в обуви, но прежде чем я успела встать, Масиро нависла надо мной.

«Масиро-сэмпай…!»

Её длинные волосы коснулись моей щеки, и мне стало немного щекотно.

«Ложь».

«Что?»

«Нэнэка никогда не была у меня дома».

То, что я считала безобидной ложью, оказалось провалом.

В добавок к тому, что меня повалили на пол, сердце бешено колотилось, и я была на грани паники.

«…Зачем ты солгала?»

Я отчаянно искала слова, боясь сказать ещё какую-нибудь глупость.

Потеряв терпение от того, что я только беспомощно оглядывалась по сторонам и ничего не отвечала, Масиро приблизила своё лицо к моему.

«…Если не ответишь, я тебя поцелую».

«П-поцелуешь?…»

«Ты ведь не хочешь, чтобы я тебя целовала? Отвечай быстрее».

Несмотря на такую ситуацию, во мне проснулось желание.

Я думала, что у меня никогда в жизни не будет возможности поцеловать Масиро в человеческом облике.

Я знала, что это очень подло с моей стороны. Но я не хотела упускать этот шанс.

У меня не было времени выбирать средства для достижения цели.

«Я не хочу говорить…!»

Масиро на мгновение растерялась от моего ответа, но потом, с досадой, откинула волосы назад.

Её лицо медленно приблизилось, и я почувствовала мягкое прикосновение к губам.

Всего лишь мгновенный поцелуй, но внутри меня разлился жар.

Я была уверена, что покраснела не только до ушей, но и до корней волос.

Я наслаждалась этим чувством, как вдруг уши и область копчика начали ныть.

И когда я осознала это, у меня уже выросли кошачьи уши и хвост.

Обычно клан кошек может принимать только кошачий или человеческий облик. Но когда эмоции переполняют и их невозможно сдержать, они теряют самоконтроль, и у них вырастают кошачьи уши и хвост.

«Что?..»

Голос Масиро дрожал от удивления.

Я попыталась встать и убежать, пока она ослабила хватку, но она оказалась проворнее. Внезапно она крепко схватила меня за основание хвоста, и по телу пробежала электрическая дрожь.

«Мя… Ах!»

Я выгнула спину и бессильно осела на пол.

Хвост приподнял юбку, и моё белье было видно.

В придачу я издала такой жалкий звук, что мне стало очень стыдно.

Меня схватили за эрогенную зону — основание хвоста, и я не смогла сдержать крик.

«Кошечка?..»

«Ах…»

Я поспешно прикрыла уши руками, но было уже поздно.

(Она, простая девушка, узнала секрет нашего клана.)

Осознав всю серьёзность того, что я натворила, я побледнела.

Бледная от страха, я отчаянно прижимала юбку, чтобы скрыть трусики, и съёжилась.

Я сидела на ковре по-японски, и теперь мои щёки пылали от стыда.

Она то и дело дотрагивалась до моих кошачьих ушей или пристально разглядывала мой виляющий хвост.

Хвост приподнимал юбку, и мои трусики были хорошо видны.

Но Масиро, похоже, была больше увлечена моим хвостом, чем этим. Для меня же было невыносимо стыдно показывать своё бельё любимому человеку.

«Он действительно двигается…»

«М-можно я уже уберу?»

«Ещё немного… Как же это устроено?»

Увидев меня с кошачьими ушами и хвостом, она, конечно, не могла просто так меня отпустить. Она затащила меня в комнату и с тех пор только и делает, что изучает меня.

«Язык тоже шершавый? Можно потрогать?»

«Я-язык?..»

«Всего на секунду».

Я осторожно высунула язык, и её белые пальцы прикоснулись к нему.

Она провела по нему подушечками пальцев, словно пробуя на вкус.

«А здесь гладко…»

«Хватит уже…»

«Теперь уши».

Она провела пальцем по внутренней стороне уха, а затем по его основанию. Похоже, она проверяла, действительно ли уши растут из моей головы.

«…И что всё это значит?»

Вдоволь налюбовавшись, она, казалось, успокоилась, и в её взгляде не было страха.

Несмотря на то, что она видела человека с кошачьими ушами впервые, она, похоже, была скорее заинтригована, чем напугана.

«Если честно, я не верю… Но ты, кошечка, правда кошка?»

«…Пожалуйста, никому не говорите».

Существование клана кошек — это семейная тайна.

С детства нам твердили, что об этом ни в коем случае нельзя никому рассказывать.

Клан кошек из поколения в поколение продолжал свой род. Даже у моей сестры есть парень из клана кошек, которого ей представил отец. Поэтому и меня в конце концов выдадут замуж за кого-то из клана кошек.

Я с самого начала отказалась от своих чувств к Масиро, потому что понимала — мы не можем быть вместе. Но теперь, когда моя тайна раскрыта, эти мечты, наверное, развеются как дым.

Ненэко была полна стыда и тревоги.

«Ты хочешь, чтобы я молчала?»

Я кивнула, и она мягко повалила меня на ковёр.

Снова нависнув надо мной, она загадочно улыбнулась.

«Тогда слушайся меня».

«Ч-что вы хотите сделать?..»

Она приблизила своё лицо и прошептала мне на ухо:

«Кое-что приятное».

Когда она говорит такие вещи, лёжа на мне, в голову приходят только похотливые мысли.

Неужели она просит меня о таком?

Наверное, она хочет, чтобы я позволила ей делать с моим телом всё, что она захочет.

Она протянула руку, и я крепко зажмурилась.

В такой ситуации я не знала, должна ли я радоваться или бояться.

　　　　　　

Я почувствовала, как она нежно гладит меня по спине, и пожалела о своих недавних низменных мыслях.

Девушка, в которую я влюблена, конечно же, не стала бы использовать такие грязные методы.

Вместо того чтобы хранить секрет клана кошек в тайне, Масиро выдвинула другое условие.

Она хотела, чтобы я в кошачьем облике позволяла ей гладить себя.

«Какая милая… Кто бы мог подумать, что та кошка была тобой, кошечка».

Я лежала на коленях любимого человека, и она гладила меня по шерсти.

Она быстро догадалась, что раз у меня есть кошачьи уши, значит, я могу стать кошкой, и с тех пор, как я приняла кошачий облик, она не могла оторваться от меня.

«Два раза в неделю, по средам и воскресеньям, ты будешь приходить ко мне. И давать себя гладить».

Я нужна ей не как Ненэко, а как кошка.

Масиро с удовольствием гладила мою шерсть. Видя такое выражение её лица, я не могла отказать.

Но всё же у меня появился предлог часто навещать любимого человека, и я втайне радовалась — насколько же я проста.

«Можно потрогать подушечки лап?»

«Мяу».

Я осторожно протянула правую переднюю лапу, и она нежно сжала её.

«Я удивлена. Мы знаем друг друга уже пять лет».

«Мяу…?!»

«Тогда… та белая кошка с разными глазами, которую я спасла в средней школе, ведь это была ты, да?»

Я несколько раз кивнула, и Масиро с нежностью улыбнулась.

Это выражение лица, которое она показывает только кошке Ненэко.

То, что она помнила ту встречу, тоже потому, что она любит кошек.

Я изо всех сил пыталась сдержать радость, понимая, что она запомнила меня не как Ненэко.

　　　　　　

Меня гладили ещё около тридцати минут, и наконец я была отпущена.

Когда я из кошачьего облика возвращаюсь в человеческий, я оказываюсь голой, поэтому я тайком переоделась в спальне.

Надев очки с УФ-фильтром и собрав вещи, я вышла из комнаты. Я решила задать вопрос Масиро, которая отдыхала в гостиной.

«Масиро-сэмпай… а вы не удивлены?»

«Чему?»

«Ну… ведь никто не знает о клане кошек, да и люди не превращаются в кошек».

«В мире, где есть вампиры, меня уже ничем не удивить».

Действительно.

В мире, где вампиры, которым нужна человеческая кровь, существуют как нечто само собой разумеющееся.

Я сама никогда не встречала их, но говорят, что внешне они ничем не отличаются от людей.

Раз есть такие существа, то почему бы не быть людям, которые могут превращаться в кошек? — сказала Масиро.

«Слушай… я говорила, два раза в неделю, но если хочешь, можешь приходить в любое время».

Услышав эти слова на прощание, я снова чуть не обрадовалась.

Мне хотелось думать, что она тоже хочет меня видеть, как и я её, но это были лишь мои надежды.

Вернувшись домой, я сразу пошла в гостиную и увидела там отца, что было редкостью.

В будние дни он всегда возвращался поздно, поэтому видеть его в это время было необычно.

И сестра, сидевшая на диване, тоже выглядела как-то иначе.

Я почувствовала что-то неладное, увидев выражение лица Нэнэки.

«Сестра, вы уже поели?»

«Ненэко, садись».

Голос отца, перебивший её, звучал серьёзно.

Я села на диван напротив отца, чувствуя себя неловко.

«В чём дело?»

«Ненэко, тебе в этом году исполнилось шестнадцать. Течка может начаться в любой момент».

Мне говорили это и раньше.

И сестра много раз твердила, что мне нужно найти парня.

Я всегда отмалчивалась и переводила тему, но я понимала, что однажды мне придется столкнуться с этим.

«В эту субботу ты встретишься с Судзунэ-куном».

«Что… кто это?»

«Мальчик из клана кошек, он на год старше тебя».

Поняв, о чём говорит отец, я покачала головой.

«Я не хочу…»

«Может, это и жестоко, но течку одной не пережить. Без партнёра… тебе же будет хуже, Ненэко».

«Но как же с кем-то, кого я не люблю…»

«Это лучше, чем с кем-то совсем незнакомым».

Мне нечего было возразить, и я крепко закусила губу.

Даже если ты не любишь человека, даже если чувства не взаимны.

В шестнадцать лет я уже понимала, что можно вступать в близость.

Но сердце моё было категорически против.

«В субботу. Он должен приехать за тобой, так что хотя бы раз встреться с ним».

Сказав это, отец ушёл из гостиной.

Сестра мягко заговорила со мной, видя, как я побледнела.

Она нежно погладила меня по спине, успокаивая, и на душе стало чуть теплее.

«Ненэко».

«Тебе не было страшно, когда ты встречалась с Кота-саном?»

«Я ведь любила Кота. Поэтому я попросила отца устроить нам встречу».

Они встретились, когда уже нравились друг другу.

Я завидовала сестре, которой чувства любимого человека были взаимны.

«…Я не хочу».

Я уже капризничала, но она крепко сжала мою руку.

Сестра, которая слишком опекает меня, обычно строга в вопросах воспитания, но по сути она очень снисходительна ко мне.

«Если у тебя есть любимый человек, лучше показать его отцу. Если ты правда его любишь, даже если он не из клана кошек… отец поймёт».

«Это не парень… я просто люблю его безответно… наверное, это безнадёжно».

Я с самого начала знала, что это безответная любовь, но в глубине души я надеялась и мечтала о будущем вместе с ней.

А ведь в эту субботу я должна была пойти с Масиро в кошачье кафе.

Вместо того чтобы пойти на свидание с любимым человеком, я должна встретиться с незнакомым мужчиной. От такой жестокой реальности у меня защипало в носу, и слёзы сами собой потекли по щекам.

Когда слёзы наконец высохли, я вернулась в свою комнату и позвонила.

Раньше я боялась звонить без повода, но я и представить не могла, что мой первый звонок будет с просьбой отменить свидание.

После нескольких гудков я услышала её голос.

«Алло».

Мне безумно нравился её спокойный, не слишком высокий голос.

Я сдерживала слёзы, готовые снова навернуться, и изо всех сил пыталась говорить.

«Масиро-сэмпай…»

«Что-то случилось?»

«…Вы не могли бы перенести наши планы на субботу?»

«Что-то произошло?»

«Ну, появилась одна неотложная встреча…»

«Я не об этом. Ты, кошечка, неважно себя чувствуешь».

Хотя я уже перестала плакать, голос у меня был не гнусавый.

Но Масиро заметила изменения в моём настроении по едва уловимым интонациям.

«…Мне правда очень жаль».

«…Ладно. А в следующую субботу?»

«Да, подойдёт».

«Хорошо. Тогда я буду ждать».

Закончив необходимый минимум разговора, я положила трубку.

Несмотря на то, что я внезапно попросила перенести встречу, в её голосе не было ни капли недовольства. Наоборот, она искренне за меня волновалась, это было слышно.

Я закрыла лицо руками и думала о ней.

Я всё равно безумно её люблю.

Я хочу быть с Масиро.

Хочу стать её парнем, хочу быть с ней близка.

Если я скажу ей об этом, она будет в неловком положении?

Я боюсь, что после признания наши отношения испортятся, и ничего не могу сделать.

Возможно, у такой трусихи, как я, нет права на капризы.

Я свернулась калачиком на кровати и проглотила свои невысказанные чувства.

　　　　　　

Что видит этот парень, когда я натянуто улыбаюсь?

Я накрасилась помадой, которая совсем не шла мне и которую я нанесла всего один раз, и пила чай в кафе с молодым человеком из клана кошек, которого представил мне отец.

Я сделала неидущий макияж из чувства протеста — ведь я не для того училась краситься.

В тот самый день, когда я должна была пойти в кошачье кафе с Масиро, я была на свидании с нелюбимым мужчиной.

Судзунэ, который был на год старше меня, оказался заботливым и приятным парнем, и от этого мне было ещё более совестно.

Я никогда не полюблю этого человека, никогда не почувствую к нему симпатию.

«У тебя, Ненэко-тян, такие белые волосы».

«Это потому что я белая кошка…»

«Ты никогда не хотела их покрасить?»

«Э?»

От неожиданного вопроса я растерялась.

Я родилась с этими белыми волосами и в детстве любила их, потому что они были такого же цвета, как у моей покойной матери.

Со временем они стали моим комплексом, но я никогда не думала их красить.

«Ну…»

«Тебя ведь не смущает, что они такие заметные?»

Как он и сказал, я не люблю выделяться.

Я всегда жила тихо, чтобы не слышать грубых слов, но когда мне говорят так прямо, я теряюсь.

«Смотри, у той девушки белые волосы».

«Вау, я впервые вижу такие красивые белые волосы».

«Это парик?»

Услышав голоса за спиной, я опустила голову.

Это ещё не оскорбления, но неприятно, когда о тебе шепчутся.

«Видишь, о тебе сплетничают. И очки тебе не идут, лучше бы линзы носила».

Впечатление о приятном парне начало разрушаться с каждым его словом.

Наши частоты не совпадали, и наши ценности вряд ли были общими.

Женщины сзади просто говорили то, что видели, и вряд ли хотели мне навредить.

Но мне надоело спорить с Судзунэ, поэтому я промолчала.

В клане кошек и так мало людей, так что, даже если мы не подходим друг другу, приходится терпеть.

Пора уже набраться решимости.

После этого разговор так и не наладился, и когда мы вышли из кафе, уже наступали сумерки, время было расходиться.

Я безропотно последовала за ним, но вдруг заметила, что мы идём по малолюдной улице.

Я думала, что мы идём к станции, но это было точно не в том направлении.

«Э-э, куда мы идём? Станция же не в эту сторону?..»

Вместо ответа Судзунэ крепко схватил меня за руку.

И остановился перед одним зданием.

«Что…»

Увидев вывеску «HOTEL», я побледнела.

Я наконец поняла, зачем он привёл меня сюда.

«Я, наверное, скоро войду в течку».

В его глазах, смотревших на меня сверху вниз, горел огонь.

Он тяжело дышал, зрачки расширились, как у хищника.

«…Зайдём?»

В поле зрения попался прейскурант, и мне стало не по себе.

Я попыталась сделать шаг назад, но он сжал мою руку.

«Ну же, ведь ты, Ненэко-тян, тоже меня не любишь, правда?»

«…!»

«У меня тоже есть та, кого я люблю. Но родители настаивают, что нужно быть с кем-то из клана…»

Он такой же, как и я.

Он тоже не особенно любит своего партнёра, но, как представитель клана кошек, соглашается на того, кого ему навязывают родители.

У него есть любимая, но он ставит разум выше инстинктов.

«…Судзунэ-сан, вам не противно? Быть с кем-то, кого вы не любите?»

«…Ничего не поделаешь. Мы же из клана кошек».

Он решительно шагнул вперёд, и я сделала полшага в том же направлении.

«…Судзунэ-сан».

Наверное, он уже всё понял.

Он разочаровался в этой жестокой реальности и перестал верить в лучшее.

Раз уж мне всё равно не быть с Масиро… Я должна согласиться, как он и сказал.

«Пойдём».

Разумом я всё понимаю. Понимаю, но не могу сделать шаг вперёд.

Я знаю, что я капризничаю.

Я знаю, что веду себя по-детски.

Но я не хочу быть с кем-то другим, кроме Масиро.

Моё нежелание идти вперёд разозлило Судзунэ.

«Что? Пойдём уже».

«…Всё-таки, я не могу».

«Что ты несёшь, мы уже почти пришли? Один раз — и дальше будет легче. Просто потерпи!»

Всё больше злясь, он начинал пугать меня.

Но я изо всех сил сопротивлялась, не желая поддаваться.

Если я позволю ему это сделать, я больше никогда не смогу смотреть в глаза тому человеку.

«Нет!»

«А? Что ты ломаешься?»

«…Нет! Отпусти!!»

Со слезами на глазах я изо всех сил отбивалась свободной рукой.

Я отчаянно пыталась вырваться и случайно сильно ударила его по щеке.

«…Ты что творишь?»

В ответ он ударил меня по щеке.

Мои очки упали и противно звякнули. От сильной боли страх усилился.

«Эй, если не заходите, не стойте на проходе».

«И вообще, бить девушку — это отвратительно. Ты как, в порядке?»

Двое прохожих, решив, что мы просто ссоримся, окликнули нас. Судзунэ испугался и ослабил хватку, и я, воспользовавшись моментом, бросилась бежать.

Щека всё ещё болела, я плакала и бежала к станции, не оглядываясь и не поднимая упавших очков.

Когда я пересаживалась с поезда на поезд и добралась до своей станции, уже совсем стемнело.

Я шла по освещённой фонарями дороге и постоянно оглядывалась.

Страх, что Судзунэ может меня догнать, всё ещё не проходил.

Если бы я вернулась домой в таком расстроенном состоянии, отец и сестра обязательно бы заволновались. Помучившись, я решила просто посидеть одна на скамейке в парке недалеко от дома.

«Ах, очки…»

Я попыталась вытереть слёзы и вспомнила, что оставила очки там.

Они были не из дешёвых, может, стоило рискнуть и вернуться за ними?

Щека всё ещё горела, и я тихонько прикоснулась к ней.

Я не ожидала, что меня ударят.

Когда я отказалась подчиниться его желанию, он ударил меня.

Мне стало обидно и мерзко, слёзы потекли с новой силой, и тут я почувствовала, как что-то пушистое коснулось моих ног.

«Ах…»

Это была трёхцветная кошка, которая жила в этом парке и недавно родила котят.

Она жалобно мяукнула, словно сильно переживая, а затем уселась рядом со мной.

«Ненэко-сама, что случилось?»

«…Ну, так, всякое…»

«Вы дрожите. Нэнэка-сама тоже вас искала… она просила сообщить, если я вас найду».

Мне устроили эту встречу, а я всё испортила.

Я не знала, с каким лицом возвращаться домой, и просто убивала время здесь.

Я медленно покачала головой, и трёхцветная кошка мягко сказала самую суть:

«Вы ведь любите ту девушку… которая приносит мне корм?»

«…Откуда ты знаешь?»

«Иногда я ходила к вам домой за кормом и видела, как вы смотрите на неё».

Неужели это было так заметно?

Я изо всех сил старалась скрыть свои чувства, но, наверное, у меня плохо получалось.

«Вы не скажете ей о своих чувствах?»

«Мы обе девушки… к тому же я из клана кошек. Она никогда не ответит мне взаимностью».

«Разве это имеет значение?»

«Люди, которые могут стать кошками, — это ненормально…»

Не понимая, трёхцветная кошка склонила голову набок.

«В этом мире есть много разных людей. Есть те, кто пьёт кровь, есть те, кто может стать кошкой. Говорят, есть даже люди, умеющие летать».

«…Летать — это здорово».

«Ненэко-сама, если бы тот человек был не человеком, а кем-то другим, вы бы считали это ненормальным? И поэтому не стали бы считать его объектом любви?»

Если бы Масиро была не человеком, а другим существом.

Стала бы я ненавидеть её за то, что она «ненормальная»?

На этот немыслимый вопрос я энергично покачала головой.

Даже если бы Масиро оказалась вампиром или собакой, или кем-то ещё, моя любовь ничуть бы не померкла.

«Это то же самое».

«То же самое?..»

«Если вы любите человека, вам всё равно, какого он вида. Тот, кого любите вы, вряд ли будет настолько мелочен, чтобы придираться к таким пустякам».

«Конечно, нет. Масиро-сэмпай добрая, красивая. Она такая милая и прекрасная, и при этом у неё сильное чувство справедливости…»

Я с жаром говорила о ней и вновь осознавала свои чувства.

Мне нравится её сильный внутренний стержень, она не умеет лицемерно улыбаться.

Я была покорена той добротой, которую она иногда проявляет.

«Каждый видит нормальность по-своему. Нормальность и предрассудки — по сути, две стороны одной медали».

«Ты такая взрослая, госпожа трёхцветная кошка…»

«Наверное, я прозрела, когда стали котята».

Моё тяжёлое сердце стало немного легче.

Слова трёхцветной кошки удивительно легко проникли в мою душу.

«Я слышала от Нэнэки-сама, что вы встречались с тем, кого не любите».

«…Но я сбежала».

«Раз вы сами так решили, значит, так и надо».

Словно ободряя меня, трёхцветная кошка положила свою лапку на мою руку.

Это маленькое, тёплое и мягкое прикосновение вызвало улыбку на моём лице.

«Выбирать вам. Если это путь, который вы выбрали с полным осознанием, то неважно, правильный он или нет».

«…Спасибо, госпожа трёхцветная кошка».

Увидев мою улыбку, кошка, успокоившись, спрыгнула со скамьи и скрылась в кустах.

Не подруга, не возлюбленная, не член семьи.

Возможно, именно потому, что эти слова сказала кошка, соблюдающая дистанцию, они так сильно тронули моё сердце.

Я ощутила огромное облегчение от её слов.

Из-за того что я так много плакала, макияж, который мне не шёл, наверняка весь смылся.

Помаду я ни разу не поправляла, так что я сейчас практически без косметики.

Плетясь по дороге домой, я придумывала оправдания.

Знали ли отец и сестра, что я отказалась от встречи?

Я не хотела их волновать, поэтому мне не хотелось рассказывать о том, что случилось у отеля.

Но они наверняка спросят, что не так, и мне нужно было придумать, что ответить.

Я ломала голову, как вдруг сзади раздался голос, и я замерла.

«Кошечка?»

Голос той, кого я так сильно люблю.

Обернувшись от удивления, я увидела Масиро в свободной футболке и джинсах.

Простая одежда, но на такой красавице, как она, она выглядит очень стильно.

На плече у неё висела небольшая эко-сумка, видимо, она ходила за покупками.

«Я так и знала. Узнала по твоим красивым белым волосам».

«Даже ночью при лунном свете они выделяются, и это хорошо», — добавила она, говоря приятные для Ненэко вещи.

Только оттого, что она называет эти волосы красивыми, я начинаю немного больше любить себя.

Масиро, подбежавшая ко мне, взглянула на моё лицо и удивлённо распахнула глаза.

Я растерялась от такой неожиданной реакции. Я забеспокоилась, не выгляжу ли я уродливой из-за неудачного макияжа, но слёзы уже, наверное, смыли его.

«Масиро-сэмпай…?»

Её рука потянулась ко мне и коснулась моей левой щеки.

Она, обычно такая спокойная, казалась взволнованной.

«Здесь покраснение… и очков нет».

От её проницательного замечания я поспешно отвела взгляд.

Я всегда носила очки, когда выходила на улицу, поэтому она, должно быть, что-то заподозрила.

«…Слушай, кошечка. Что ты делала сегодня, вместо того чтобы прийти на нашу встречу?»

Я инстинктивно почувствовала, что не хочу говорить.

Я отменила встречу с любимым человеком и пошла на свидание с незнакомым парнем.

И вдобавок меня чуть не затащили в отель и почти принудили к близости.

Если она случайно подумает, что я легкомысленная, я, наверное, не смогу сохранить самообладание от удара.

«Это…»

«Когда ты звонила в прошлый раз, ты тоже звучала подавленно. С тобой не случилось ничего плохого?»

Не надо говорить мне таких нежных слов.

Сейчас я не в себе.

После того, что случилось, я как стеклянная, и если любимый человек начнёт беспокоиться обо мне, я захочу ухватиться за него.

Слёзы сами собой навернулись на глаза, и капли потекли по щекам.

«Если я тебе подхожу, расскажи мне».

«Но…»

«Я не разлюблю тебя, что бы ни случилось, кошечка».

Она нежно вытерла мои слёзы.

Мне на самом деле было очень страшно.

Я боялась течки, которая могла наступить в любой момент, и от одной мысли о том, что мне придётся быть с нелюбимым, мне становилось душно.

В глубине души я продолжала желать взаимности с Масиро, поэтому моё сердце кричало от боли.

«…Масиро… сэмпай».

Когда я позвала её по имени сквозь слёзы, она притянула меня к себе.

Я уткнулась в её тепло и заплакала ещё сильнее.

Она нежно гладила меня по волосам, и этого было достаточно, чтобы сердце переполнилось.

Мне так нравится Масиро, которая называет мои волосы и цвет моих глаз красивыми.

«…Прости, что нарушила обещание».

«Не обращай внимания».

«…Я встречалась с мужчиной из клана кошек, которого мне представил отец».

Рука, которая гладила меня, замерла.

«…Но он п-пытался затащить меня в отель… я сопротивлялась, и он ударил меня…»

«…»

«Ничего не случилось, но… это было очень противно».

Я начала всхлипывать, и, хотя мне не хотелось показываться Масиро в таком жалком виде, все мои страхи вырвались наружу.

Она взяла меня за лицо и с беспокойством заглянула мне в глаза.

«Я должна терпеть и быть с мужчиной из клана кошек… я знаю, что нельзя быть эгоисткой, но мне всё равно противно!»

«Тебе говорят, чтобы ты нашла парня?»

«Они говорят, что нужно найти парня до течки… но я не хочу быть с тем, кого не люблю…»

Масиро терпеливо выслушивала все мои капризы.

Она не говорила ничего отрицательного, лишь мягко поддакивала.

«…Слушай, кошечка».

«Что?..»

«Ты сможешь потерпеть немного?»

«Э?»

Прежде чем я успела ответить, Масиро уткнулась лицом в мою шею.

Я почувствовала на коже что-то тёплое и влажное, а затем и прикосновение губ.

Поняв, что она делает, я изо всех сил старалась не показывать кошачьи уши и хвост.

«М-Масиро-сэмпай?!»

«Можно ещё один оставить».

«Что вы делаете?..»

«Слушай, кошечка».

Я с трудом сфокусировала взгляд на ней, и она приблизилась ко мне, её красивое лицо оказалось прямо передо мной.

Я уже совсем растерялась от такой близости, а она сказала слова, которые я так хотела услышать:

«Стань моей девушкой».

«…Что?»

Эти слова, о которых я мечтала долгие годы, но в данной ситуации я понимала, что это не её истинное желание.

О чём же думает Масиро?

Я совсем не понимала её и только наклонила голову, на шее уже красовался засос.

Присутствие любимой Масиро в гостиной моего дома не было чем-то необычным.

До того, как они стали старшеклассницами, она бывала у нас дома примерно раз в неделю.

«…»

Но сейчас, в этой гнетущей тишине, я чувствовала себя неловко.

За обеденным столом сидели моя сестра Нэнэка и отец, а рядом со мной — Масиро.

Тишину нарушил растерянный голос сестры:

«М-Масиро…? Почему ты с Ненэко?»

Вместо того чтобы встретиться с мужчиной из клана кошек, моя сестра вернулась домой с моей подругой.

Мы не могли же стоять в прихожей, и все перешли в гостиную. Отец и сестра, не понимая, что происходит, выглядели растерянными.

«Скажу прямо. Мы с Ненэко встречаемся».

«…Что?»

Видимо, это было настолько неожиданно, что Нэнэка издала растерянный звук, а отец открыл рот от удивления.

«В-вы же обе девушки».

«Да, мы обе девушки, но я правда люблю Ненэко. Поэтому, пожалуйста, не заставляйте её встречаться с мужчинами из клана кошек».

«Пожалуйста!» — сказав это твёрдым голосом, она низко поклонилась, и я тоже, поддавшись моменту, поспешно опустила голову.

Даже если это ложь, то, что она сказала, что любит меня, заставило моё сердце биться быстрее.

Это был план Масиро — притвориться парой.

Она решила, что раз у меня есть парень, меня не будут насильно сводить с другими, и даже оставила на моей шее засос, чтобы всё выглядело правдоподобно.

«Я знаю, что Ненэко принадлежит к клану кошек… и я люблю её вместе с этим».

«Н-но…»

«Я буду защищать Ненэко, что бы ни случилось».

Увидев серьёзное лицо Масиро, отец растерянно покачал головой.

Он сделал глоток зелёного чая и тихо вздохнул.

Обычно он строгий, но мы с сестрой знали, что он очень заботливый отец.

«…А что скажешь ты, Ненэко?»

«А?»

«Что ты чувствуешь к Масиро-тян?»

Я украдкой взглянула на сидящую рядом Масиро.

Как бы то ни было, я должна признаться в своих чувствах перед любимым человеком.

«…Я тоже».

Сглотнув, я решилась.

Если я сейчас уклонюсь от ответа, все усилия Масиро будут напрасны.

Глядя прямо на них, я набралась смелости и сказала:

«Я люблю Масиро-сэмпай… Очень-очень сильно!»

Мои щёки начали медленно краснеть, и я невольно, бессознательно, даже выпустила кошачьи уши и хвост.

Я призналась в любви прямо перед любимым человеком.

Мне стало так стыдно, что на глаза навернулись слёзы, я готова была провалиться сквозь землю.

Увидев это, отец наконец понимающе кивнул.

Он, видимо, понял, что наши отношения серьёзны, потому что я не смогла сдержать эмоций и у меня вылезли уши и хвост.

Кошачьи уши и хвост, которые появляются от сильных эмоций, гораздо убедительнее любых слов.

«Я понял ваши чувства. Но если у тебя есть такой любимый человек, почему ты сразу не сказала? Я ведь не зверь, и если у тебя есть тот, кого ты любишь, я не стану насильно выдавать тебя за другого».

«Простите…»

«Ты должна как следует извиниться перед Судзунэ-куном».

Услышав имя Судзунэ, я напряглась, и тогда Масиро пришла мне на помощь:

«Ненэко ударили по щеке, и поэтому она покраснела. Это сделал тот самый Судзунэ».

«…Что?»

Низкий голос отца, полный гнева.

Мне показалось, что и аура сидящей рядом сестры тоже стала мрачной.

Они очень опекают меня, как младшую.

«Ненэко, что это значит?»

«Ну… о-он начал приставать… я сопротивлялась, и он ударил меня…»

Когда я, смягчая историю, рассказала, что меня чуть не затащили в отель, они оба молча встали.

Я не могла вымолвить ни слова в такой напряжённой атмосфере.

«Нэнэка, пошли».

«Можно взять биту?»

«Никакого насилия. Но мы заставим его ответить. Прости, что прерываем разговор, нам нужно выйти. Масиро-тян, уже поздно, оставайся на ночь».

Сказав это, они ушли, несмотря на поздний час.

Они наверняка отправились в дом родителей Судзунэ.

Я знаю своего строгого отца, поэтому мне даже немного жаль, что сейчас произойдёт.

Услышав, как машина отъезжает от парковки, я наконец расслабилась.

«…Было страшно. Спасибо вам, Масиро-сэмпай».

«Не за что. По крайней мере, теперь тебя не будут заставлять встречаться с кем попало. Надеюсь, ты скоро сможешь быть с тем, кого любишь».

Сказав это с мягкой улыбкой, она заставила меня замереть на мгновение.

Я обдумывала её слова, но в итоге могла только растерянно переспросить:

«А, то есть…»

«Ты ведь сказала, что не хочешь быть с тем, кого не любишь… значит, это так».

Должна ли я сейчас согласиться? Или должна сказать, что этим человеком являюсь она?

Я мучительно размышляла, но в итоге, будучи трусихой, сказала подлые слова:

«…Нет».

«Что? Нет?»

«Да…»

«Понятно… Тогда если у тебя появится любимый человек и вы начнете встречаться, ты можешь разорвать наши фиктивные отношения».

«Да…»

Она нежно погладила меня по голове, и мои чувства были смешанными.

Когда же у меня появится смелость сказать, что я люблю именно её?

«Спасибо вам большое. Чем мне вас отблагодарить…»

«Не за что. Но вместо этого ты могла бы позволять мне гладить себя не два, а три раза в неделю?»

«Это можно?..»

«Конечно. Тебе нравится, когда тебя гладят, кошечка?»

Удивившись моему ответу, Масиро насмешливо улыбнулась.

Я не могла оторвать глаз от её редкой улыбки.

Она так заботится обо мне, младшей сестре подруги.

Её доброта, которую она проявляет не словами, а делами, ещё больше усиливает мою любовь.

Когда настало время ужина, мы уже обе приняли душ.

Сестра и отец всё ещё не вернулись, и мы остались одни.

Сжимая подол длинной футболки, которая была моей домашней одеждой, я снова начала нервничать.

Одна с любимым человеком.

Да ещё и поздно ночью — было бы странно, если бы я не волновалась.

Сидя рядом на диване, я набралась смелости заговорить.

«Масиро-сэмпай, вы ели?»

«Я как раз купила продукты, и, пока ты была в душе, я уже поела».

Масиро рассказала, что возвращалась из супермаркета, куда ходила за готовой едой, и случайно увидела меня, бредущую по улице.

«Я не смогла ждать. Прости, что поела без тебя».

«Ничего страшного, я тоже съем лапшу быстрого приготовления».

«Иногда ночью она бывает особенно вкусной».

«Хотите попробовать?..»

«Можно?»

Я залила кипяток, подождала нужное время и разложила лапшу по маленьким тарелкам.

Я выбрала солёную лапшу, чтобы меньше калорий, но, наверное, это не имеет особого значения.

«Какой тип мужчин тебе нравится, кошечка?»

«А…»

«Ну, например, кто тебе нравился раньше».

Если я буду слишком радостно говорить, она может догадаться, что я люблю её.

Я мучительно подбирала слова:

«Ну… наверное, очень добрый и красивый… Милый, но больше всего подходит слово «красивый»?..»

Я вспомнила тот день, когда мы встретились.

Масиро, которая, рискуя собой, защитила меня.

Тогда я была в кошачьем обличье, и меня окружили злые парни из средней школы, но она изо всех сил пыталась меня защитить.

Она редко улыбается, но я знаю, что у неё очень тёплое сердце.

«Заботливый, с сильным чувством справедливости… очень, очень замечательный человек».

«Понятно…»

«А… что должны сделать, чтобы вы влюбились, Масиро-сэмпай?»

Это был вполне естественный вопрос. Она ответила без колебаний:

«Ну… наверное, кто-то, кто примет меня целиком».

То есть, кто-то, кто обладает большой душой.

Кто-то, кто умеет успокаивать, или тот, кто хочет, чтобы его любили, а не любить самому?

Я думала о многом. Смогу ли я стать для Масиро таким человеком?

«Давай уже ляжем спать».

Почистив зубы, Масиро направилась прямо в мою комнату.

Она без колебаний легла на кровать и поманила меня рукой. Я не могла представить, что смогу уснуть рядом с любимым человеком.

«М-Масиро-сэмпай, вы будете спать со мной?..»

«Тебе не нравится?»

«Нет, дело не в этом…»

«Будет неудобно просить гостевую постель, так что давай просто ляжем вместе».

Она взяла меня за руку и утянула на кровать.

Я дала ей свою домашнюю одежду, поэтому от неё пахло тем же кондиционером, что и от меня.

Когда я пошевелила ногой, наши ноги переплелись, и от стыда я покраснела.

Из-за того, что я лежу в одной постели с любимым человеком, я снова от стыда выпустила кошачьи уши и хвост.

Масиро с радостью разглядывала мои шевелящиеся уши.

«Мило».

Когда она провела пальцами по моим ушам, я чуть не издала странный звук.

«…!»

«Ой, хвост обвился вокруг меня».

Как она и сказала, мой хвост обвился вокруг её ноги.

Я попыталась оторвать его, схватив за основание, но в этот момент по телу пробежала дрожь, и я тут же пожалела об этом.

«Мяу… Ах…»

Я невольно издала звук, и все силы покинули меня.

В суматохе я совсем забыла, что основание хвоста у меня очень чувствительное.

Мне было стыдно, что любимый человек слышал мой голос.

Моё тело вздрагивало, и я прижималась к ней, отчего мне становилось ещё более стыдно.

«Ты такая милая, что у тебя хвост — эрогенная зона».

«Не надо…»

«Можно потрогать?»

«Н-нельзя!»

Если она дотронется до меня, я не знаю, что будет.

Я со слезами на глазах отчаянно замотала головой, и Масиро приблизилась ко мне.

Она была так близко, что её губы почти касались моих кошачьих ушей, и прошептала невыносимые слова:

«…Если ты будешь делать такое милое лицо, я тебя поцелую».

Мои щёки залились румянцем, но, в отличие от её слов, она нежно погладила меня по голове.

Мне хотелось попросить её не дразнить меня, но из-за любви я не могла вымолвить ни слова.

Мне хотелось, чтобы она меня поцеловала, и я думала о таких грешных вещах.

«Не показывай такое лицо кому попало».

Она может так легко говорить это, потому что не знает, кого я люблю.

Она взволновала мои чувства, моё сердце бешено билось, но вскоре она заснула.

Я осторожно протянула руку и коснулась пальцем её губ.

«…Масиро-сэмпай».

Я прижала палец, коснувшийся её губ, к своим губам.

Она спит, так что я могла бы просто поцеловать её.

Наверное, если бы я была более хитрой, мне было бы легче жить.

Даже закрыв глаза, я не могла уснуть, сердце бешено колотилось, и в ту ночь я не сомкнула глаз.

　　　　　　

Окружённая пятью красивыми парнями и девушками, Ненэко ещё сильнее сжалась.

Даже её сестра Нэнэка с большим удовольствием окружила её и всё это время подшучивала над ней.

И, к тому же, целью была не Масиро, которая известна своим спокойным характером в этой компании, а Ненэко.

«Кто первый признался? И как давно вы встречаетесь?»

С радостной улыбкой Карен протянула пластиковую бутылку, как микрофон.

«Если вы встречались, могли бы и раньше сказать».

Даже обычно спокойная Аой была более разговорчива, чем обычно, видимо, сплетни о любви её развлекали.

Похоже, новость о том, что Ненэко и Масиро стали парой, быстро распространилась благодаря сестре. Они окружили её, словно репортёры, забрасывая вопросами.

«Вы уже целовались?»

«Ой, зачем ты это спрашиваешь?»

«А, это…»

Мы целовались, но не как пара.

Должна ли я честно рассказать им о нежном поцелуе? Ненэко, не привыкшая к таким разговорам, не знала, как себя вести, и была в замешательстве, когда…

«А как же? Она ходит к Масиро домой раза три в неделю».

«…?!»

Сестра легко выдала информацию, и от стыда я покраснела.

Несмотря на всю эту суматоху, Масиро, как всегда, спокойно сидела на диване и листала смартфон.

Все считали меня, младшую на два года, ребёнком и безжалостно дразнили, ухмыляясь.

Для Ненэко, у которой и так была неловкая первая любовь и которая никогда ни с кем не встречалась, такие разговоры были в новинку, и увёртываться было очень трудно. Она металась, отчаянно бормоча что-то похожее на ответ, чтобы как-то выкрутиться.

Когда меня наконец отпустили сёстры, я, надувшись, повалилась на кровать в своей комнате.

Мне было невыносимо стыдно говорить о наших фиктивных отношениях перед любимым человеком.

Я была так растеряна, что почти не помнила, что говорила, и теперь волновалась, не сказала ли чего лишнего.

Раздался стук в дверь, и, когда я ответила, в проёме показалась Масиро.

«Ты, кошечка, обиделась?»

«…Потому что было стыдно».

«Мы ведь не встречаемся по-настоящему, так что нечего так смущаться».

Возможно, для неё это и так, но я, которая любит Масиро, имею полное право смущаться. И то, что мои чувства, похоже, остаются лишь моими, только усиливает смущение.

Не зная о моих чувствах, Масиро беззаботно села рядом.

Вспомнив ту ночь, когда мы спали вместе, я почувствовала, как щёки начинают пылать.

«Слушай… можно мне потрогать твои уши, хотя бы немного?»

«Но они же не появляются по желанию…»

«В прошлый раз, когда я поцеловала тебя, они появились, да?»

Она приблизилась и легко поцеловала меня.

Сколько раз мне нужно целоваться, чтобы научиться сохранять спокойствие, как Масиро?

Ненэко, не привыкшая к поцелуям, от одного лишь мимолётного прикосновения губ теряет самообладание, и у неё вырастают кошачьи уши и хвост.

Увидев это, Масиро довольно улыбнулась. Она правда любит кошек.

«Такие пушистые… Милые».

Но милыми она считает только мои уши и хвост, а не меня саму.

Она любит меня как кошку, но не испытывает ко мне романтических чувств.

«Все ведь думают, что мы занимаемся сексом три раза в неделю».

«П-почему…»

«Разве пары, которые ходят друг к другу домой, обычно не занимаются этим?»

«А вам, Масиро-сэмпай, это нормально?… Притворяться моей девушкой… у вас есть кто-то, кто вам нравится, или…»

Масиро сухо рассмеялась.

«Ведь никто не захочет быть со мной».

«Это не так!»

«Я не собираюсь ни с кем встречаться… ни сейчас, ни в будущем».

«…Почему?»

«Потому что я монстр».

Эти слова, сказанные тихим и привычно мягким голосом, тяжело упали на сердце.

Мне показалось, что её глаза в этот момент стали ледяными, и я невольно замолчала.

Она уже говорила это раньше.

Она называла себя монстром и говорила это с тоской.

«Масиро-сэмпай, вы вовсе не монстр…»

«Кошечка…»

«Вы красивая и добрая… наверняка найдётся бесчисленное множество людей, которые захотели бы встречаться с такой Масиро-сэмпай. Вы действительно замечательная…»

По крайней мере, я — одна из них.

Мне не хотелось, чтобы она считала себя монстром, я отчаянно пыталась достучаться до неё, но в её глазах не было света.

«…Ты правда так думаешь?»

Я кивнула, и Масиро нависла надо мной.

Она прильнула не к моим кошачьим ушам и не к губам.

Она уткнулась лицом в мою шею.

В то место, где почти исчез старый засос, она сильно прижалась губами и слегка укусила.

«Ай…!»

Я вздрогнула от лёгкой боли, и она отстранилась.

Безучастно посмотрев на растерянную Ненэко, которую она повалила на пол, Масиро, не говоря ни слова, вышла из комнаты.

«Что это было?..»

Почему она укусила меня за шею?

Что она хотела этим сказать? Я не понимала её намерений.

Ведь засос, который она оставила в прошлый раз, почти исчез.

Когда я встала с кровати и посмотрела в зеркало на едва заметный след, мне казалось, что я — её собственность.

Я изо всех сил крутила контроллер, гоняясь за машиной на экране.

Мне почти удалось вырваться вперёд, но, как обычно, я пришла второй.

Я часто играю с сестрой в эту гоночную игру, но выигрывала всего несколько раз.

Моя сестра действительно великая, и в детстве я всегда старалась не отставать от неё.

«Опять проиграла… Сестра, давай ещё раз!»

«Я устала. Давай отдохнём».

Нажав на висок, сестра бросила контроллер на кровать.

Я знала, что она не поддастся, если я буду настаивать, поэтому я сдалась и перелила холодный кофе из пакета в стакан.

«Глотни».

«Возьми себе стакан».

«Ну ладно. Кстати, Ненэко, ты счастлива. Встречаешься с любимым человеком».

«…Спасибо».

Я не могла сказать даже сестре, что это ложь.

Если бы я сказала, меня снова могли бы познакомить с кем-то из клана кошек, и, хотя это было притворством, мне было немного приятно, что все думают, будто я встречаюсь с любимым человеком.

В то же время я вспомнила того парня, о котором совсем забыла.

«Кстати, что там с Судзунэ-саном…»

«Тебе не нужно об этом знать».

«Что?»

«Всё в порядке. Мы просто немного припугнули его».

Лицо сестры, когда она перебила меня, улыбалось.

Что же они сделали?

Я сомневалась, что они совершили преступление, но всё равно подозревала, что они не стали бы делать ничего опасного.

«Но, возвращаясь к теме, я удивилась. У Масиро есть что-то загадочное».

«Да, есть».

«Она как будто держит дистанцию… не позволяет сделать последний шаг. Мы все, ещё с первого курса, волновались, нет ли у неё проблем, так что было неожиданно, что ты смогла растопить её сердце».

«Как же, моя сестра», — с гордостью погладила меня по голове сестра.

«Что это значит?»

«Если есть шанс начать встречаться с любимым человеком, надо использовать любые средства. Ты — моя сестра».

«А ты, сестра, разве не такая же?»

Вместо ответа она отобрала у меня стакан и допила оставшийся кофе.

«Ай!»

Когда мы были маленькими, мы обе могли пить только кафе-олэ, а теперь нам обеим больше по вкусу чёрный кофе.

«Слушай. Если ты действительно любишь кого-то, нельзя выбирать средства. Если есть хоть малейший шанс, проберись в его сердце и влюби его в себя!»

«Ты правда такая сильная, сестра».

«Мне часто это говорят. Ну, будь счастлива с Масиро».

Я кивнула и посмотрела на опустевший стакан.

Слова сестры были правдой: в любви нельзя выбирать средства.

Нужно быть более активной, смелой.

Если я не завлеку Масиро, ничего не изменится.

Если я хочу изменить будущее, если я хочу жить так, как мечтаю, я сама должна измениться.

　　　　　　

Как только я пришла к ней в назначенное время, она начала меня гладить.

Она, всегда такая спокойная и взрослая, смотрела на меня с нежностью и, казалось, была готова растаять от умиления.

Мне было приятно видеть её улыбку, и я тоже чувствовала себя умиротворённо.

«Можно сфоткать?»

«Мяу».

«Какая милая…»

На самом деле милая — это ты, но в этом облике я не могу ей сказать.

Никто, кроме клана кошек, не понимает кошачьего языка.

Увидеть, как она улыбается перед экраном смартфона, фотографируя кошку, могли бы только мы.

Я смотрела на неё с лёгкой ревностью и восхищением.

«Нам пора?»

«Мяу».

Я зашла в спальню и, оставшись одна, снова приняла человеческий облик.

Как бы то ни было, когда я превращаюсь из кошки в человека, я оказываюсь голой.

Краснея от того, что я голая в спальне любимого человека, я переоделась в одежду, которую Масиро аккуратно сложила.

Я взяла трусики и уже надела одну ногу, как вдруг дверь открылась.

«Кстати, кошечка…»

«?!»

Я вздрогнула от звука открывающейся двери и испуганно обернулась — это была Масиро.

Я поспешно присела на корточки, схватила футболку и отчаянно прикрылась.

«М-мяу… Закройте дверь!»

«П-прости!»

Мне показалось, что щёки Масиро слегка покраснели.

Она поспешно закрыла дверь, и я убрала кошачьи уши и хвост, которые появились почти бессознательно.

«О-она меня видела…»

Хотя она видела меня со спины, я была уверена, что видела всё: и спину, и линии тела.

Чуть не плача от стыда, я быстро надела одежду.

Я корила себя за то, что медлила, но в голове застряло растерянное выражение лица Масиро.

Когда я, переодевшись, вернулась в гостиную, Масиро вздрогнула.

Она выглядела взволнованной, наверное, чувствовала неловкость.

Мы обе девушки, и я бы хотела, чтобы она отнеслась к этому проще.

Тогда и я бы не смущалась.

«Ну, прости за то, что было…»

«Ничего…»

«Я почти ничего не видела, так что не волнуйся».

Я точно встретилась с ней взглядом, так что она видела меня голой.

Вспоминая свои чувства в тот момент, я чуть не заплакала от стыда и села через журнальный столик от неё.

«Вы что-то хотели сказать?..»

«Из родительского дома прислали набор печенья, я подумала, не хочешь ли ты, кошечка».

Коробка с печеньем на столе выглядела очень дорого.

Она напоминала те, что продаются в кондитерских отделах универмагов, и я засомневалась, можно ли мне её брать.

«Вы не будете, Масиро-сэмпай?»

«Тебе, кошечка, будет приятнее, чем мне».

«Кстати, раз вы сказали «из родительского дома»… вы ведь не переехали в Токио? Мы же учились в одной средней школе».

«Они тоже живут в Токио».

Меня насторожило, что она назвала родителей «эти люди», и я посмотрела на неё. Она, словно не желая ничего говорить, открыла коробку и поставила её передо мной.

Они живут в одном городе. Так почему же они живут отдельно?

Почему её родители назвали её монстром и выгнали из дома?

«…Масиро-сэмпай».

Мне хотелось спросить, но могу ли я вторгаться в её прошлое?

У каждого есть что-то, о чём он не хочет говорить.

Я колебалась, стоит ли мне, с которой у неё такие непростые отношения, спрашивать об этом, но тут раздался звонок домофона.

«Я что-то заказывала?»

Сказав это, она удивлённо пошла к двери и через некоторое время вернулась с большой картонной коробкой.

«Это одежда, которую я заказывала по интернету».

Сказав это, она медленно поставила коробку рядом со столом.

Я мельком взглянула на наклейку на коробке и не поверила своим глазам.

«Что…»

На ней было написано: «Пакеты с кровью».

Что это значит?

Что это означает?

Каждый, кто живёт в этом мире, поймёт это без слов.

Масиро, казалось, не замечала моего замешательства и жизнерадостно продолжала говорить:

«Это моя новая летняя одежда, я так ждала её».

Пакеты с кровью раздаются бесплатно тем вампирам, которые желают их получить.

Они необходимы вампирам, питающимся кровью, и выдаются бесплатно для поддержания здорового образа жизни.

Поэтому люди по достижении определённого возраста обязаны регулярно сдавать кровь. Я тоже недавно выполнила эту обязанность.

«…Ах».

Почему Масиро называла себя монстром?

Почему её выгнали из дома и заставили жить одной?

И почему на днях она внезапно укусила меня за шею — всё это…

Словно пазл сложился воедино, и все непонятные моменты обрели смысл.

Она всё это скрывала и жила одна.

«…Масиро-сэмпай, вы вампир?»

В тот момент, когда до меня дошло, я невольно спросила. Её глаза, которые только что весело блестели, широко раскрылись от удивления.

И тут же она, растерявшись, начала дрожащим голосом оправдываться:

«Т-ты о чём…»

«Здесь, в графе «Наименование товара», написано «Пакеты с кровью»».

Она поспешно попыталась спрятать коробку, но Ненэко схватила её за руку и остановила. Глядя на испуганное лицо Масиро, Ненэко крепко зажмурилась и набралась смелости.

«У меня к вам просьба!»

В голове всплыли слова сестры:

«Если ты действительно любишь кого-то, нельзя выбирать средства. Если есть хоть малейший шанс, проберись в его сердце и влюби его в себя!»

Вспомнив недавний совет сестры, я решила, что сейчас самое время воспользоваться им.

«Возьмите меня в партнёры по кровоснабжению!»

Крепко сжимая руку Масиро, я низко поклонилась. Я сама удивилась собственной смелости.

Система партнёрства по кровоснабжению — это отношения, заключаемые между вампиром и человеком, который даёт свою кровь.

Закон не ограничивает круг партнёров — это могут быть и любовники, и друзья. Пол также не важен, главное, чтобы обе стороны были старше шестнадцати лет.

Государство предоставляет щедрую компенсацию парам, заключившим такой договор.

Быть эксклюзивным донором для вампира, который находится под защитой государства, — это большая ответственность, поэтому партнёрство — это не то же самое, что брак, а особые отношения, прочная связь, своего рода договор между двумя людьми.

«Можете пить мою кровь, сколько захотите».

«…Кошечка, ты понимаешь, что говоришь?»

Я кивнула, и в глазах Масиро отразилось ещё большее замешательство.

«Обычно люди не хотят, чтобы их кусали, правда?»

«Если это вы, Масиро-сэмпай… я не против».

«Почему?»

Я хотела сказать «потому что я вас люблю», но почувствовала, что сейчас не время.

Даже если я скажу это сейчас, она, наверное, не примет мои слова близко к сердцу.

В итоге я снова не смогла сказать ничего, кроме неловких слов:

«В-вы так много для меня сделали… я хотела бы отплатить вам…»

«…Тогда дай мне попробовать».

Она потянула меня за руку, и я мягко оказалась на ковре.

Масиро, нависшая надо мной, выглядела не такой уверенной, как обычно, и смотрела на меня с тревогой.

«Я правда буду пить кровь».

«Если это вы, Масиро-сэмпай, я не против».

«…Не говори потом, что я тебя не предупреждала».

Она расстегнула три пуговицы на моей блузке и поцеловала обнажённую ключицу.

Её длинные чёрные волосы коснулись моей кожи, и от щекотки я вздрогнула.

«Мм…»

Несколько раз прикоснувшись губами, издавая лёгкие звуки поцелуев, она скользнула губами к моей шее.

Это было то же место, где она оставила засос.

Она нежно укусила меня, а затем вонзила клыки.

Я почувствовала укол боли.

«…Мм…»

Я чувствовала, как из моей шеи по каплям высасывают кровь.

Звук её дыхания, когда она пила мою кровь, и её тихие стоны заставляли моё сердце биться быстрее, и я почти не чувствовала боли.

Через некоторое время она подняла голову и вытерла губы.

Я не могла отвести взгляд от её влажных, словно в лихорадке, глаз.

«…Ты сама сказала, так что потом не жалуйся».

Меня просто укусили, но мне казалось, что меня лишили невинности, и было невыносимо стыдно.

Блузка, расстёгнутая для того, чтобы достать до шеи, была в беспорядке, и я видела кружево бюстгальтера, что только усиливало смущение.

«Завтра я принесу документы».

«Что?»

«Мы ведь заключим договор».

«Вы согласны?..»

Я спросила с удивлением, и на лице Масиро появилась знакомая загадочная улыбка, которая всегда сбивала меня с толку.

На её губах всё ещё была моя кровь, и это выглядело зловеще красиво.

«…Интересно, что будет дальше».

Я не знала, как изменятся наши отношения.

Но я выбралась из ситуации, в которой ничего не менялось.

Я сама создала шанс, который мог изменить всё.

Я тихонько коснулась шеи, вспоминая прикосновение её языка.

То, как она нежно облизывала мою шею, чтобы не пролить ни капли крови, заставило моё тело гореть.

Любимый человек с удовольствием пьёт мою кровь.

Эта кровь поддерживает в ней жизнь.

Частичка меня — внутри неё. Вряд ли есть что-то более радостное и волнующее.

Моё сердце переполняло счастье.

Я упаковала в большой чемодан средства по уходу за кожей, нижнее бельё, любимые духи и одежду.

Зимняя одежда не поместилась, так что нужно будет заехать за ней, когда наступит время менять гардероб.

Ранним субботним утром я зашла в гостиную, где отец всё ещё в пижаме читал газету.

«Ну, я пошла».

«Если станет грустно, возвращайся в любое время».

Сказав это, он снова уткнулся в газету.

Мы живём на одной станции метро, но теперь будем жить отдельно. Прощание было слишком коротким.

Когда я обувалась в прихожей, меня проводила сестра.

«Папа скучает. Он и не думал, что я уйду из дома раньше Ненэко».

Мы заключили договор партнёрства по кровоснабжению, и теперь я, как партнёр Масиро, буду жить у неё.

В правилах договора сказано, что партнёры должны жить вместе и поддерживать здоровое питание вампира.

«Кто бы мог подумать, что Масиро окажется вампиром».

«Ты тоже не знала, сестра?»

«Конечно, не знала. Ни я, ни Аой, ни Карен… никто не знал. Мы ведь были вместе три года».

Она говорила, что в школе во время перемен она всегда ела хлеб и бенто, как все, и никто никогда не видел, чтобы она пила пакетики с кровью.

У вампиров, как и у людей, есть вкусовые ощущения, но это не даёт им питательных веществ.

Их основная пища — кровь, и без неё они не могут поддерживать жизнедеятельность.

«Если поссоритесь, всегда можешь вернуться».

«Ты говоришь то же, что и папа».

«Потому что я буду скучать по своей милой младшей сестрёнке!.. Ты и правда уходишь?»

Увидев, как переживает моя заботливая сестра, я улыбнулась и крепко обняла её.

«Я буду часто писать», — пообещала я и вышла из родного дома.

Раньше я не верила в себя, постоянно переживала из-за своей внешности и почти не выходила из дома. А сейчас я качу чемодан и с лёгким волнением жду совместной жизни с любимым человеком.

Шаг мой был лёгок, когда я направлялась в дом, где ждала меня она.