Том 1 - Глава 2.03: «Снег находит земляной ком» — Часть 3

Её голос внезапно повеселел, и я почувствовала, как обстановка изменилась.

— …Эта просьба как-то связана с тем, что было до этого?

— В моей голове это связывается идеально.

Мне стало любопытно, какие у неё оценки по японскому. Моей дочери следовало бы учить её получше.

— Просьба, в смысле…

— Можно назвать это капризом.

Ничего хорошего в этом не было. А наша близость и сама ситуация волей-неволей воскрешали в памяти тот поцелуй. Это нужно предотвратить.

— При условии, что ты не собираешься сказать «поцелуй меня».

— Значит, всё остальное допустимо?

Она попыталась зацепиться за опасный уступок.

— В рамках здравого смысла. Строго в этих рамках. Поняла?

Я возводила баррикаду за баррикадой, слой за слоем. Но Кай с лёгкостью перемахнула через них одним прыжком, который казался невозможным при её росте.

— Тогда, пожалуйста, позволь мне полизать палец, который меня ударил.

— …Что?

Тот палец, вот этот? Не поворачивая головы, я посмотрела на свою правую руку. Кай тоже перевела взгляд, без слов говоря: этот. …Полизать его, какой в этом смысл?

— Ты понимаешь, что такое здравый смысл?

— То, что человек может позволить.

— Похоже… ты понимаешь…

Понимая это идеально, Кай взяла мою правую руку, словно одалживая ее.

— Подожди секунду…

В то мгновение, как тонкие губы Кай сомкнулись вокруг кончика моего пальца, по спине пробежала дрожь. Вначале — разница температур. Затем, сухость этих губ. И наконец, весь спектр ощущений одновременно.

— Погоди. Что это?

— Лечение.

— Что? Леч…

Сдавленный звук вырвался сквозь щель между едва разомкнутыми зубами. Этот звук вырвался из меня при виде того, как средний палец исчезает во рту Кай. Глядя на то, как девушка с невинным лицом принимает мой средний палец в этот маленький рот, все мои внутренние доводы разлетелись в щепки. Даже не видя, что происходит у неё во рту, я всё равно чувствовала его тепло.

Там жило что-то неведомое. Слегка шершавый язык неторопливо скользил по моему среднему пальцу, тщательно, ничего не скрывая. Словно пытаясь полностью его растворить, язык время от времени скользил вверх, отчего мои бедра вздрагивали на сиденье, и я чувствовала себя загнанной в угол. Что, что, чёрт возьми, происходит?

Домашний гараж. Если кто-нибудь, если бы кто-то из семьи случайно заглянул сюда, никакие оправдания уже не помогли бы.

— Почему ты лижешь мой палец?

Вопрос прозвучал глупо.

— Пофому фто, он…

Хотелось бы мне, чтобы она перестала пытаться говорить с пальцем во рту. Вдобавок, горячее дыхание, обволакивающее его, ко всему прочему уносило мои мысли куда не следовало. Уносило прямо сейчас, в эту секунду.

— Я не понимаю…

Только после этого Кай выпустила мой средний палец. Короткий выдох «пах», который она издала при этом, словно лишил мои лёгкие воздуха.

— Лечение… палец, который меня ударил, был горячим, поэтому я хотела его охладить.

Испытывая некоторое облегчение от того, что освобожденный палец остался прежней формы и не превратился во что-то другое, я собралась возразить против логики Кай, как палец снова оказался у неё во рту. Когда на меня смотрели снизу вверх, держа там палец, я чувствовала, разливающееся тепло, и никакого намёка на охлаждение.

Лицо горело. Словно искры, летящие от костра, обжигали и ранили мои щеки. Уши Кай тоже полностью покраснели, всё её внимание было приковано к моему пальцу. Совершенно беззащитная Кай, не имела ни намека на самообладание, и это зрелище заставило моё сердце сжаться.

Время от времени глухой звук скопившейся слюны грозил окончательно затуманить мой разум.

— …Ах…

Это пылающее от восторга лицо, лицо, начинающее расплываться от прерывистого дыхания. Эта фигура, продолжающая, бесцеремонно, водить языком. Что-то едва не сорвалось с моих губ, но я сдержалась, не дав этому дойти до Кай. Что я смогла удержать? Нечто такое, чем я почти никогда в жизни не пользовалась. Прожившая жизнь как человек, которого считали утончённым, далеким от подобных вещей. И я была готова так легко этому поддаться, словно высунуть язык.

— Все, хватит… закончили.

Достигнув своего безопасного предела, я отодвинула Кай за плечо. Она, словно не желая отпускать, провела языком от самого основания моего среднего пальца до его кончика, и отстранилась. Но дрожь, бегущая по моей спине, никак не прекращалась.

Глядя на рот, теперь оставшийся без пальца и глотающий воздух мелкими движениями, словно он опустошён, моё сердце снова погрузилось в черно-белые тона. Каждое общение с Кай утягивало меня в черно-белое море. Я словно шла в одиночестве по монохромному берегу, а иссиня-черный океан тихо омывал мои щиколотки. Вздрагивая от разницы температур, я посмотрела на тёмное небо, и небо стремительно втянуло в себя океан, песок, меня, складывая всё, как оригами, и унося куда-то совсем в другое место. В том месте, в мире черного, белого и холода, плавали только эти желто-зеленые глаза.

— Могу я снова оставаться учиться допоздна?

Шёпот, звучащий очень уверенно, заставил мои плечи вздрогнуть. Вопрос, который шёл вразрез с моим прямым указанием возвращаться домой до того, как стемнеет. Оставаться допоздна и заниматься у нас дома. Это означало, что я повезу её домой. Это означало, что мы двое останемся наедине. Это было равносильно просьбе о разрешении продолжить всё то, что переросло рамки обычной дружбы. Это был такой же вызов, как и её сегодняшний приход в дом. Она провоцировала меня. Но на этот раз я не могла поднять руку, не могла ничего сделать, а в ушах продолжало шуметь, как от дождя. Связь была ужасной.

Роковое несоответствие между всем тем, что я считал естественным на протяжении всей своей жизни, и тем, кем я была сейчас. Вот почему звон продолжался. Вот почему мои руки и ноги двигались вяло. Вот почему дыхание давалось с трудом, даже когда я концентрировалась на нём. Вот почему я была во власти каждого перепада температуры.

Ощущение того, как мой средний палец коснулся руля, подобно аварийной посадке, едва не заставило меня вскрикнуть. Жар и досада, которые я отчаянно пыталась обуздать, сделали невозможным возвращение к разговору. Не ответив «да», и не сказав «нет», я наконец завела машину.

***

Тогда я совершенно не понимала, что значат мои отношения с Кай. И даже сейчас я, возможно, не до конца это понимаю. Это всё ещё был период, когда недоумение перевешивало все остальные чувства от того, что мой палец облизали.

И всё же, причина, по которой я уступила, была в том, что я хотела снова увидеть это потерявшее контроль лицо Кай.