Том 1 - Глава 66: Работа над ошибками

На следующий день после того, как завершилась (хм?) моя водная реабилитация в клубе, который посоветовала Цумуги-сан — жена идиотки Аяко.

— …………Хм-м. Значит, «завершилась благополучно», да?

— …М-мама, ты чего?..

— Послушай, Котоне, можно тебя спросить? Ты тут распинаешься, что всё прошло хорошо.

— Ну да.

— И у тебя хватает совести заявлять такое, будучи в таком состоянии? Интересно, сможешь ли ты повторить это, прочитав вот это?

С этими словами мама, заглянувшая ко мне по доброте душевной, с крайне скептическим видом швырнула мне, валяющейся на кровати, какой-то документ. Там было написано следующее:

«Уважаемая Котоне Отосэ!
Благодарим вас за выбор нашего клуба. По результатам сегодняшнего внутреннего совещания компании было принято решение запретить вам посещение нашего заведения сроком на полгода, начиная с сегодняшнего дня.

Причиной запрета послужили зафиксированные действия с вашей стороны в отношении других клиентов: нецензурная брань и попытки рукоприкладства, действия, нарушающие общественный порядок и нормы морали, а также действия, приведшие к загрязнению бассейна. На данные инциденты поступили жалобы как от сотрудников, так и от других посетителей. В нашем заведении строго запрещены действия, мешающие окружающим, аморальное поведение и нарушение санитарно-гигиенических норм.

В связи с вышеизложенным, к нашему глубокому сожалению, мы вынуждены временно закрыть вам доступ в наш клуб.
Надеемся на ваше понимание».

— …………Э-э… ну…

— Ну? Спрашиваю еще раз. Ты говорила, что реабилитация прошла благополучно… Ты всё еще готова это утверждать после прочитанного? Что нужно было сотворить, чтобы получить бан с первого же посещения?

— …………Честно говоря, мне очень жаль.

Мама, которая (формально) является моим опекуном, зачитала мне этот приговор. Ну… если вкратце объяснять, что произошло… В первый же день реабилитации в бассейне я умудрилась попасть в черный список.

— Мне не извинения твои нужны, а объяснение причин. «Помехи окружающим», «аморальное поведение», «антисанитария»… Ты собрала полное комбо. Что ты там устроила, Котоне?

— …Ну, в общем. Сначала… какие-то спиногрызы бегали у бортика и врезались в Кото-тян и Цумуги-сан…

— Так.

— Я решила преподать этим соплякам урок о важности соблюдения правил… и вместе с Аяко мы уже собирались применить «воспитание кулаком», но Кото-тян и персонал грудью встали на защиту детей с криками «Насилие — это плохо!».

— …И?

— Кото-тян пыталась меня удержать, и в процессе… ну… от избытка чувств я её повалила, а заодно… вцепилась ей в грудь прямо поверх купальника…

— …………

— Её грудь была настолько мягкой, настолько чудесной и великолепной, что мой организм не выдержал. Я выдала мощнейший фонтан крови из носа………… и окрасила бассейн в багровый цвет…

— Ты моя дочь, но что десять лет назад, что сейчас — ты поразительная дура.

Мама посмотрела на меня с нескрываемым презрением. В этот раз у меня не было ни единого аргумента, чтобы возразить на её колкости…

— Понятно. «Помехи окружающим», «аморалка» и «антисанитария»… Ты действительно закрыла все пункты для бана. Неудивительно, что тебя выставили. Радуйся, что это всего на полгода, а не пожизненно.

— …Хоть я и виновница, но согласна с тобой.

Мама права. По-хорошему, меня должны были вышвырнуть навсегда, а вдобавок вкатить иск за срыв работы заведения и угрозы детям. Спасло только то, что моя агрессия была вызвана заботой о безопасности, а сотрудница Аяко вместо того, чтобы меня остановить, сама рвалась в бой. Ну и Кото-тян с Цумуги-сан отчаянно за меня заступались.

Я очень виновата перед ними. Особенно перед Цумуги-сан: она так старалась, советовала место, а в итоге получила такой кошмар…

— И это еще не всё. Мало того, что ты получила бан. Ты так хотела покрасоваться перед Кото-тян, что перепахала на тренировке. Потом кинулась спасать её из воды, задействовав силы, которых у тебя еще нет. И финал — кровопотеря почти летального уровня… В итоге: упадок сил, дикая мышечная боль по всему телу и анемия. Только-только начала вставать на ноги, и опять в кровать. Это же просто вверх глупости.

— Д-да замолчи ты уже?! …………Ой, ай-ай-ай-ай…! Больно!

— Ох… Сестренка, не перетруждайся. Если будешь так кричать и возбуждаться, ты никогда не поправишься.

— У-у… Прости, Кото-тян…

Вот он, венец моих «подвигов». Устроила дебош в бассейне, поймала «лаки-скеч» с Кото-тян, вырубилась от потери крови… Проснулась я в состоянии «полный грогги», и теперь Кото-тян преданно за мной ухаживает.
Я же хотела стать надежной сестрой, хотела перестать обременять её… а в итоге всё вышло ровно наоборот.

— Снова слегла с мышечной болью, хотя совсем недавно было то же самое. Ты ничему не учишься, Котоне. И вообще, Цумуги-сан плавать не умеет, это ладно, но Кото-тян-то плавает отлично, да и дно там было близко. Тебе незачем было туда бросаться. Но ты стоило тебе увидеть, что с ней что-то не так — и ты сразу в атаку, мозг вообще не включаешь.

— …………М-м-м.

Мама говорила чистую правду, и мне нечего было ответить. Получать нагоняй от собственной непутевой мамаши — это двойной урон по самолюбию.

— Кхм, матушка. Сестренка, кажется, уже всё осознала… Может, на этом закончим?

— М-м? …Ну ладно. Котоне меня всё равно не слушает, так что передаю эстафету тебе, Кото-тян. Продолжай приглядывать за этой горе-дочерью.

— Слушаюсь, матушка. Оставьте сестренку Котоне на меня.

— Надеюсь на тебя. Ну, бывай, Котоне. Слушайся Кото-тян!

Высказав всё, что хотела, мама со спокойной душой удалилась. Мы остались в комнате вдвоем.

— …А… ну… Кото-тян…

— М? Что такое, сестренка? Хочешь чего-нибудь? Кушать? Пить? Или в ванну? Может, массаж? Я могу сделать любой… …………И-и конечно, если ты пожелаешь, я могу сделать такой массаж, от которого тебе станет «хорошо» в другом смысле, я даже очень на этом настаиваю—

— Н-нет, я не об этом! …Прости меня, Кото-тян.

— Э?..

Кото-тян, которая как ни в чем не бывало была готова служить мне 24/7, замерла в недоумении. Она забавно наклонила голову, не понимая, за что я извиняюсь.

— За что ты просишь прощения? Ты сделала что-то плохое?

— Ну… как это «что-то». Мама только что перечислила весь список моих идиотских выходок. Я доставила тебе столько проблем. …Вот я и…

— А, ты об этом?

— …Кото-тян, ты не злишься?

Я была поражена её спокойствием. Обычно после такого позора люди либо злятся, либо разочаровываются…

— Ну-у… На самом деле, матушка уже всё высказала, мне и добавить нечего. К тому же я знаю, что если ты накосячишь, то потом всегда искренне раскаиваешься.

— …

Раскаиваюсь ли я?.. Или я просто раз за разом наступаю на одни и те же грабли?

— И вообще. Хоть методы и были… радикальными, ты ведь не делала ничего плохого. Наоборот, я была счастлива.

— Счастлива? Почему?..

Кото-тян прилегла рядом со мной на кровать и прошептала:

— Ты так разозлилась ради меня. Едва завидев опасность, ты бросилась меня спасать быстрее всех. Это было так приятно… А когда ты несла меня на руках… ты была такой крутой, такой красивой, такой замечательной…

— Э-э… ну…

— Это нечестно, сестренка. Когда ты ведешь себя ТАК… я просто не могу на тебя злиться.

Она улыбалась — немного виновато, но очень искренне.

— Конечно, я недовольна тем, что ты так рисковала собой — это меня расстроило. Моё величайшее счастье — видеть тебя здоровой, как прежде. Я не хочу, чтобы ты перетруждалась. Поэтому за то, что ты упала в обморок, тебе придется серьезно покаяться предо мной.

— У-угу… Это я… признаю… полностью раскаиваюсь…

— Вот и славно. Тогда я тебя прощаю.

Кото-тян ласково обняла меня и хихикнула. М-да… Такой мягкий упрек действует куда сильнее, чем любые крики. Я действительно виновата.

— Но правда, Кото-тян, ты не расстроена? Из-за бана мы не сможем ходить в бассейн. И я опять буду висеть у тебя на шее…

— Э?

— Мало того, что меня забанили, так я еще и добавила тебе хлопот. Испортила тебе единственный выходной. Ты имеешь полное право на меня наорать.

— ……

— …М? Кото-тян? Ты чего?

— …Ну, я боялась это говорить, чтобы ты на меня не разозлилась.

— А? О чем ты?

— На самом деле… для меня этот запрет — скорее даже повод для радости. У меня теперь есть «железное оправдание».

— ???

Оправдание? Какое?

— Прости, сестренка. Скажу честно: я с самого начала была против этой идеи с бассейном.

— Э?! П-почему?!

Хотя, если вспомнить, она и правда была необычно пассивна в этом вопросе. Но почему?

— Потому что… если ты научишься всё делать сама… я больше не смогу о тебе заботиться…

— Что-что?

— Я не смогу кормить тебя с ложечки, не смогу мыть тебя в ванне, не смогу носить на руках… Всё это исчезнет. Я просто не хотела так быстро отпускать эту сладкую жизнь, где ты вынуждена во всем полагаться на меня… Поэтому, если честно, я совсем не хотела торопиться с твоей реабилитацией.

— Э-это… и была причина?!

— …Т-ты злишься? — Кото-тян опасливо заглянула мне в глаза.
Что ж, мы стоим друг друга. Кото-тян во многих смыслах так же «стабильна» в своих причудах, как и я.

— Я не злюсь… но Кото-тян, разве это правильно? Если я не буду тренироваться, я не смогу когда-нибудь сама носить тебя на руках, как ты мечтаешь. У меня же совсем нет сил для этого.

— …………Вот именно. Это и есть дилемма. Я хочу, чтобы ты стала достаточно сильной, чтобы носить меня… но если ты станешь здоровой, у меня пропадет повод самой носить тебя. Я не знаю, что выбрать… Мне одинаково дорого и баловать тебя, и когда ты балуешь меня…

Глядя на мучения Кото-тян, я невольно улыбнулась про себя. Эх… какая же ты дурында.
Буду я здорова или нет — если ты действительно этого захочешь, я всегда буду готова носить тебя на руках. И позволю тебе делать то же самое.

◇ ◇ ◇

~ Сторона Аяко ~

Вчера те детишки носились по бортику и умудрились столкнуть в воду Цумуги — моё величайшее сокровище, единственную и неповторимую. После того как мы с Котоне устроили им разнос, наступил следующий день.

— Ну и? Начальство сказало, что ты перегнула палку, и в наказание за дебош тебе на полгода урезали зарплату, да, Аяко-тян?

— …Да.

— Вдобавок тебе велели самой чистить бассейн от крови Котоне-сан, и все расходы по замене воды в тот день легли на твой кошелек?

— …………Да.

— …Боже, Аяко-тян, ну что ты за человек.

Я, Аяко Исэ… докладывала о дисциплинарных взысканиях на работе, стоя перед своей любимой женой в позе «догэдза».

— Начальница права. Тебя вообще могли уволить. Ты ведь должна была остановить Котоне-сан, а не подливать масла в огонь.

— …Да.

— И при этом ты сама собиралась применить силу к клиентам… Это же не просто нарушение дисциплины, это профнепригодность.

— …Н-но послушай! Бегать у бортика — это реально опасно! Как инструктор я обязана была сделать замечание! А они едва не утопили мою Цумуги… это же преступление, за которое и убить мало—

— Даже так. Ты разве не понимаешь, что насилие недопустимо?

— …………Прости.

Цумуги вздохнула и продолжила нравоучения. …Может, это и неуместно сейчас, но Цумуги, которая не привыкла ругаться, но так старается ради меня — она сейчас такая необычная… и до безумия милая.
Этот образ — настоящая редкость, надо бы его как-то запечатлеть—

— …………Аяко-тян. Ты вообще меня слушаешь? У тебя такое лицо довольное… Ты ведь опять думаешь о чем-то постороннем?

— Никак нет!

…………Фух, едва не спалилась. Видимо, я заразилась идиотизмом от Котоне. Цумуги тут серьезный выговор делает, а я витаю в облаках… нужно проявить хоть каплю раскаяния.

— П-послушай… Цумуги?

— Да? Что, Аяко-тян?

— Ты… ты ведь злишься на меня, да?

На мой робкий вопрос Цумуги снова тяжело вздохнула и покачала головой.

— Я не злюсь. …Я просто… ну, я в глубочайшем шоке от твоего поведения.

— В-вот как… Ну да…

Я понуро опустила плечи. Что ж, логично.
Эх, ну и денек… Цумуги пришла на работу, я хотела показать себя во всей красе, а в итоге — меня обвинили в измене (хоть и по ошибке), Цумуги едва не утонула… Вместо крутого образа я показала себя полной дурой. Это всё из-за этой идиотки Котоне. Ну погоди у меня, Котоне…

— …………Но знаешь, Аяко-тян…

— Ц-Цумуги…?

Пока я мысленно проклинала Котоне, Цумуги заставила меня подняться с колен и внезапно крепко обняла.
Я же под следствием, за что мне такая награда?! Цумуги, словно котенок, уткнулась мне в грудь и прошептала:

— …Несмотря на всё, что произошло… когда ты бросилась меня спасать… ты была такой крутой.

— Фя…

— Спасибо, что спасла меня. …Я влюбилась в тебя заново.

— …………! Ц-Цумуги-и-и-и-и!!!

Штрафы, выговоры — всё это мгновенно стало неважным. Она сказала мне лучшие слова на свете.

— — Но это не отменяет того, Аяко-тян, что тебе есть за что покаяться.

— Э?

— Ты специально спрятала купальник, который я приготовила, чтобы вынудить меня надеть школьный. Ты устроила драку на работе. …………(Шепотом) И ты тайком заигрывала с теми милыми девочками.

— П-послушай… Цумуги…?

— Поэтому… Аяко-тян. Чтобы ты как следует всё осознала… я назначаю тебе наказание. У меня тут как раз… совершенно случайно… завалялся школьный купальник твоего размера.

Рывок! — Аяко, почуяв неладное, попыталась скрыться.
Хвать! — Цумуги намертво вцепилась в неё и не отпускала.

— Куда это ты собралась, Аяко-тян?

— О-отпусти, Цумуги! Т-только не это… только не это, умоляю…!

— Ой… Значит, Аяко-тян не нравится то, что она делает с другими? Ты же заставила меня надеть его, хотя я сопротивлялась.

— Т-так то ТЫ, а это Я! Есть разница! На такой миниатюрной и милой Цумуги это выглядит «сейфово», но если такую громадину, как я, нарядить в школьный купальник — это же будет преступление против человечества…!

— Всё хорошо, Аяко-тян тоже милая. Тебе обязательно пойдет. И не волнуйся, я тебя красиво сфотографирую.

— Ты еще и снимать собралась?!

— Так что………… веди себя смирно и надевай, Аяко-тян.

— Ц-Цумуги…! Ты говорила, что не злишься… но ты же в бешенстве, да?! Я виновата! Прости! Я сделаю всё, что угодно…! Т-только… только не это — НЕ-Е-Е-Е-Е-Т!!!

После этого Цумуги без лишних слов раздела меня… силой натянула школьный купальник и устроила фотосессию, пока не осталась полностью довольна результатом…