Том 1 - Глава 2.07: «Снег находит земляной ком» — Часть 7

— Сейчас, наверное, не самое подходящее время, но…

— Хм? Ты что-то сказала?

Из-за ливня и шума мотора голос Кай было трудно расслышать.

— Ваша промокшая одежда так липнет к телу... Вы выглядите сексуально, Юки-сан.

— ...

Я решила сделать вид, что не расслышала.

После долгой череды объездов мы наконец добрались до моего места работы. Подумав о том, что последний объезд оказался особенно утомительным, я заехала на парковку у церкви и обратилась к Кай:

— Я не могу взять отгул. Потерпи, пока я не закончу.

Я не могла бросить ту жизнь, которой жила сейчас. И бросить Кай я тоже не могла.

Чем больше желаешь, тем больше нести… Я могу пойти на дно вместе со всем, что на себя взвалила.

— Знаете, если я в тягость, то можете просто бросить меня.

— Почему ты вечно всё так формулируешь…

Бессилие, досада и злость на несправедливость всего происходящего взметнулись во мне подобно пламени. Не было никакого смысла злиться на этого ребенка, и всё же от её упрямства я едва не скрежетала зубами. Раздражение копилось, не находя выхода, и, если бы я хоть немного ослабила контроль, я бы, наверное, расплакалась. Дождевая вода, стекавшая со лба на переносицу, создавала достаточно неприятное ощущение, чтобы я смогла переключить своё внимание, и это меня успокоило.

— ...Простите.

Неужели выражение моего лица было настолько суровым, что даже Кай притихла? Я медленно выровняла дыхание, возвращая лицу и мыслям утраченное самообладание.

— Я вернусь во время перерыва. Тебе, скорее всего, будет скучно, но сиди здесь и не высовывайся.

— Всё нормально, я умею ничего не делать.

С этими словами Кай пластом повалилась на сиденье.

— Ты устала?

— Пытаюсь сделать так, чтобы меня никто не увидел, если заглянет в машину.

— А. Это... осмотрительно с твоей стороны.

И правда, шансы были ничтожно малы, но если бы кто-то из семьи или коллег случайно увидел ребёнка в моей машине... это стало бы проблемой. Почти невозможно, почти немыслимо, и всё же меня не покидало ощущение, что сегодня я уже ступила на дорогу под знаком «почти немыслимо».

Кто бы мог предсказать в начале дня, что всё обернётся именно так. Казалось, этот ливень теперь пропитал всю мою жизнь. Когда дождь закончится, вернётся ли голубое небо над головой?

Оставив Кай, я пришла на работу и тут же столкнулась со всеобщей тревогой из-за того, что заявилась промокшей до нитки. Только тогда я сообразила. Пожалуй, стоило переодеться перед приходом, пускай даже ценой ещё большего опоздания.

— Вы приехали не на машине? Что-то случилось с автомобилем?

— Ах, нет, эм... Я поскользнулась на тех ступеньках, пытаясь укрыться от дождя, и немного повалялась на земле.

Спонтанная ложь прозвучала как катастрофа, но мой внешний вид, судя по всему, настолько ей соответствовал, что все поверили. Коллеги запереживали, нет ли у меня травм, но я в порядке! В порядке! В полном порядке! Я замяла эту тему с помощью смущающей, неподобающей моему возрасту суетливой жизнерадостности.

— Я переоденусь в обед, так что пока поработаю в таком виде. На утро клиентов не запланировано, так что никаких проблем!

Кое-как продавив ситуацию на чистом упрямстве, я села за стол и велела себе взяться за дело. Была ли моя голова в состоянии действительно работать — вопрос крайне спорный. Но если бы я вообще не показалась, это вызвало бы подозрения в случае, если бы связались с моей семьей. Так что мне необходимо находиться здесь. Эта мысль промелькнула у меня в голове, и я чуть было горько не усмехнулась: надо же, обеспечиваю себе алиби. Как будто мне было в чём себя винить. ...Так ли?

***

Вернувшись в обед под всё такой же непрекращающийся дождь, я обнаружила, что Кай лежит с закрытыми глазами, мерно посапывая во сне. Эта картина наложилась на образ чёрного кота, который раньше спал на заборе, и у меня защипало в глазах. Я поняла, что с тех пор, как встретила Кай, стала слишком плаксивой. И возможно, причиной этому был тот самый кот. Кот, наверное, тоже никогда не просил о помощи. Но я до сих пор жалею о том, что произошло тогда. Поэтому на этот раз, мне хотелось хотя бы чувствовать, что я сделала достаточно, чтобы потом спокойно жить. Оставив Кай спать, я направилась к дому, чтобы зайти ненадолго.

— ...Ты ведь будешь в порядке, да?

Я оглянулась на её спящее лицо, прежде чем отвернуться. И поймала себя на абсурдной мысли: не будет ли считаться похищением, привести её в дом в таком состоянии?

***

Кай всё ещё спала, когда мы добрались до нашего гаража, поэтому я осторожно потрясла её за плечо.

— ...Эй, просыпайся.

Я заговорила, чтобы она поняла, кто её будит, надеясь избежать такого же испуганного прыжка, как в прошлый раз. Сработало это или нет, утверждать не берусь, но на этот раз Кай не вскочила, а лишь один раз вздрогнула, прежде чем открыть глаза.

— ...Я думала что устала, и видимо не заметила как уснула.

— Оздоровительный сон. В любом случае, пошли в дом.

Заметив след, который её мокрая, грязная одежда оставила на сиденье, где она лежала, я добавила чистку заднего кресла в свой список дел на потом.

Я завела её внутрь. Поскольку время ещё не дошло до полудня, ни дочери, ни мужа, естественно, дома не было. Я отперла дверь и небрежно сбросила туфли. Как только я сделаю всё что нужно, мне придется сразу же возвращаться на работу.

— Для синяков... кажется, сначала нужен холодный компресс?

У меня всплыло смутное воспоминание из далекого прошлого: меня учили, что как только синяк желтеет, лучше помогает тепло. Прокручивая это в голове, я пошла на кухню и нашла полиэтиленовый пакет подходящего размера.

— Ну, такие синяки обычно сами проходят, если их не трогать.

— Не говори глупостей. У…

Я запнулась, а затем добавила, ведь в этом не было ничего предосудительного:

— У тебя... такое красивое лицо, и всё же.

Какое преступление или стыд в том, чтобы называть прекрасное прекрасным? Сгорая от смущения, я всё же попыталась сохранить лицо, высоко подняв подбородок и изображая уверенность. Сожаление о том, что я ударила по этому хрупкому лицу, грозило снова нахлынуть на меня с головой.

— ...Это было признание?

— Ну конечно, разумеется. Поддалась своему поэтическому порыву.

Я соорудила подобие мешочка со льдом из пластикового пакета и протянула его Кай.

— Прижми к ушибу.

— ...И какой же мне выбрать, интересно.

Эта самоироничная шутка больно задела меня. Точно, ведь дело было не только в голове, на шее тоже красовался след. И если на виду были эти два, то сколько их могло быть спрятано под формой, без счёта… Бессилие от понимания, что моя помощь — это лишь капля воды на раскаленный камень, едва не заставило меня топнуть ногой от досады. Тем не менее, делать хоть что-то лучше, чем не делать ничего, и я протянула ей полотенце.

— Можешь принять ванну. Переоденься, когда выйдешь, а я высушу твою форму.

При слове «переоденься» Кай отреагировала, показывая сопротивление.

— Всё в порядке.

Я перехватила её за запястье, когда она попыталась ускользнуть, вытирая волосы полотенцем. Я не отводила взгляд, чтобы оценить, насколько оно тонкое.

— Мне правда не нужно переодеваться, всё хорошо.

Слабое сопротивление Кай продолжалось. Она искренне пыталась вырваться, но у неё ничего не выходило. Как будто это было идеальной демонстрацией того, как на самом деле обстоят её дела.

— Твоя форма промокла насквозь, ходить в ней не приятно.

— Мне нормально и так.

— Не упрямься.

— Дело... не в этом.