Том 1 - Глава 39: Эпилог | Неси меня прямо в кровать

Я с размаху хлопаю ладонью по оглушительно звенящему будильнику и просыпаюсь.

Пятая весна с тех пор, как я переехала в Токио.
Пятница, май.

С тех пор прошло много времени, и я, конечно, уже научилась вставать сама, но утро всё так же остается моим слабым местом. Я сбрасываю новое, еще не привычное коже одеяло и вскакиваю.
Чтобы окончательно проснуться, я с шумом раздвигаю плотные шторы в спальне, впуская солнечный свет.

Став «взрослым работающим человеком», я решилась на переезд из студенческой однушки в просторную квартиру планировки 2LDK. Прошел уже месяц, но я до сих пор не чувствую, что это мой «дом». В углу комнаты всё еще сиротливо стоят неразобранные картонные коробки.

Волосы, которые в университете я красила в светлый, теперь перекрашены в спокойный темно-каштановый. Из украшений в повседневной жизни — только одна любимая серьга.
В свои двадцать два я стала куда взрослее по сравнению со школьными годами. Судя по результатам медосмотра при приеме на работу, я даже немного подросла, наконец преодолев отметку в 170 сантиметров.

Я завиваю длинные волосы, наношу на губы красную помаду. Капля любимых духов — и образ готов. Накинув жакет, я выбегаю из дома. Наслаждаясь приятным весенним ветром, я спешу к станции.

Я привыкла к переполненным поездам в час пик, привыкла к узкому полоску неба между небоскребами.
Время летит быстро.
Я уже настолько освоилась в этом городе, что порой ловлю себя на мысли, как сильно скучаю по тому прозрачному чистому воздуху в моем родном городке, который раньше казался мне таким удушающим.

Миновав турникеты на станции рядом с офисом, я прохожу мимо деревьев с сочной зеленой листвой.
В первый год работы я была выжата как лимон и засыпала сразу, как переступала порог дома, но в последнее время тело наконец привыкло к ритму. Перед первым рабочим днем я безумно боялась взрослой жизни, но сейчас иду в офис с легким сердцем.
Пройдя через автоматические двери и турникет безопасности, я сажусь в лифт.
На часах 8:53. Я прикладываю еще новенький, без единой царапины пропуск к системе учета рабочего времени.

— Доброе утро! — громко здороваюсь я, направляясь к своему месту.
За столом отдела бизнес-планирования, к которому я приписана, уже сидит начальница.

— Доброе утро, госпожа Ичиносэ.
— Доброе утро, Асами-сан.
Начальница поднимает взгляд от монитора, и её длинные черные волосы мягко соскальзывают с плеча. Когда наши взгляды встречаются, она тепло улыбается.
На её левом безымянном пальце всегда блестит простое серебряное кольцо. Сначала я немного удивилась, узнав, что у неё партнерша того же пола.
«Кольцо... Как это красиво. Сразу чувствуется статус взрослой женщины. Интересно, стану ли я когда-нибудь такой же?» — я невольно восхищаюсь ею.

Честно говоря, иногда я думала, что прогадала с выбором университета... Но благодаря тому, что я выложилась на полную во время поиска работы, мне удалось устроиться в компанию с высокой зарплатой и отличным соцпакетом — как я и хотела изначально. Так что, можно сказать, всё сложилось удачно. Да и начальница у меня очень добрая.

Восьмичасовой рабочий день — это, признаться, выматывает. Бывают дни, когда проснуться — настоящий подвиг. Но сейчас мне кажется, что я со всем справлюсь. Трудности бывают у всех, но ведь есть и много радостного.
Пока я воюю с цифрами и отчетами, стрелки часов крутятся, и день пролетает незаметно.

— Асами-сан, твой рабочий день закончен, можешь идти. Спасибо за работу на этой неделе. Хорошенько отдохни на праздниках.
— Спасибо большое! Хороших выходных.

Я вежливо кланяюсь начальнице, собираю вещи и выхожу из офиса. В дверях сталкиваюсь с девушкой из секретариата и здороваюсь с ней. Я часто её вижу. Она дружит с нашей начальницей, поэтому я её запомнила — они вечно вместе обедают.
Размышляя об этой чепухе, я поглядываю на часы.
«Ой, черт, время поджимает!»
Я судорожно жму на кнопку вызова лифта и буквально залетаю в открывшиеся двери.

Добравшись до станции Токио, я снимаю жакет и лавирую в толпе, спеша к платформе синкансэнов. Наверное, стук моих каблуков по плитке звучит слишком громко, но мне не до приличий. На лбу выступает испарина от волнения.
Судя по часам, поезд прибыл пять минут назад. Черт, я заставляю её ждать.
«Быстрее, Нана, каждая секунда на счету!»

Едва добежав до турникетов, я замечаю её — мою любимую, которая с чемоданом в руках тревожно озирается по сторонам.
— Мицуки! Прости, что заставила ждать! — кричу я во весь голос.
Мицуки оборачивается, и её лицо озаряется самой яркой улыбкой в мире.
— Нана-а-а! Я так соскучилась!
— Кх...

Мицуки бросает чемодан, бросается ко мне и буквально запрыгивает на меня, обнимая за шею. От неожиданного напора я чуть не падаю, но вовремя упираюсь ногами и подхватываю её хрупкое тело.
Эх, я же вся вспотела, пока бежала, не стоило бы так прижиматься... но я всё равно утыкаюсь носом в её блестящие черные волосы.
«Я тоже очень скучала».
Я крепко прижимаю её к себе и даю себе слово: больше никогда не отпущу.

＊＊＊

— Месяц стажировки с проживанием... Сразу почувствовала все «прелести» взрослой жизни. Эх, может, я ошиблась с компанией? Надо было к тебе устраиваться, Нана, — ворчит Мицуки.
Я качу её чемодан, а другой рукой крепко держу её за руку. Мы медленно идем к дому.

— Но ведь учебный центр был так далеко, что ездить отсюда было бы невозможно, так что ничего не поделаешь.
— Ну да... А тебе не было одиноко? Мне вот было ужасно... Я так ждала, когда мы наконец начнем жить вместе.
— ...Было. Я каждый день зачеркивала даты в календаре, считая дни до твоего возвращения.
— Правда? Хе-хе, как приятно. Значит, ты так сильно меня ждала?
— Еще бы.

Мы идем, размахивая сцепленными руками. Даже обычная дорога до дома сегодня кажется залитой каким-то особенным светом.
За четыре года в университете между нами было всякое. Мы ссорились. Мы были на грани расставания. Но что бы ни случалось, мы оставались вместе.
И вот — Мицуки снова рядом со мной.
Я украдкой смотрю на её профиль. Она стала взрослее, и с каждым годом кажется мне всё более привлекательной. Эти круглые кошачьи глаза, вечно чуть приподнятые уголки губ, нежно-розовый рот... В свои двадцать три Мицуки остается такой же очаровательной.

Эх, она такая милая, что я до сих пор немного ревную. Хоть бы на работе к ней никто не приставал. Стоит провести с ней немного времени, и в неё невозможно не влюбиться.
Пока я любовалась ею, Мицуки взглянула на меня и хитро улыбнулась.
— Нана.
— Д-да?
— ...Тебе очень идет деловой костюм. Прямо глаз не оторвать, влюбляюсь в тебя снова.

Она легонько толкает меня локтем, и я в смущении отвожу взгляд. У-у... Она совсем не изменилась в этом плане. Мне приятно, но я до сих пор не знаю, какое лицо делать, когда она меня хвалит.

Поужинав в пастерии по дороге от станции, мы заходим в квартиру. Я открываю дверь и пропускаю её вперед. Мицуки радостно оборачивается ко мне:
— Нана, я дома!
— ...С возвращением, Мицуки.

Я произношу это, смакуя каждое слово. Сегодня начинается наша совместная жизнь. Реальность этого момента медленно заполняет меня теплом.
Мицуки заходит в гостиную, бросает сумку на диван и осматривается.
— Значит, теперь это наш дом. Ну что... с сегодняшнего дня рассчитываю на тебя, Нана.
— Угу.

Мы выбрали эту квартиру вместе еще до выпуска, но из-за месячной стажировки Мицуки была здесь только в день переезда. В углу всё еще громоздятся коробки с её вещами.

— ...Тасуку не сильно грустил, когда ты уезжала? — спрашиваю я, глядя в её спину.
— В день отъезда рыдал навзрыд. Едва отцепила его от себя. Когда в следующий раз поедем к родителям, обязательно поиграй с ним, Нана.
— Конечно.

Осенью четвертого курса мама Мицуки вышла замуж за отца Тасуку. Теперь Мицуки больше не связана семейными обстоятельствами. Она наконец обрела свободу.
Любовь — это очень сложная штука. Я не знаю, что в ней правильно, а что нет. Часто счастье одних строится на слезах других. Наверное, такова жизнь. Никто не может прожить её идеально по учебнику. Мицуки не стала углубляться в подробности свадьбы матери, и я просто приняла этот факт.

— Слушай, Мицуки, ты ведь устала с дороги. Давай разберем вещи завтра утром? А сейчас прими ванну и отдохни...

Не успела я договорить, как Мицуки внезапно бросилась мне на шею. От неожиданности я не удержалась и повалилась вместе с ней на ковер.
— Ой-ой... Прости, Мицуки, ты не ушиблась?
Я заглянула ей в лицо, а она, хитро улыбаясь, прижалась ухом к моей груди. Как и в школе, она любила слушать мой пульс, проверяя, как сильно бьется мое сердце.
От её близости сердце пустилось вскачь. К этому я не привыкну и через сто лет.

— Хм-м, Нана, ты совсем не изменилась. Ты до сих пор так волнуешься рядом со мной?
— ...Раз сама знаешь, могла бы и не спрашивать.
Конечно, волнуюсь. Ты ведь такая красивая. Я по уши в тебя влюблена.
Я промолчала, и тогда Мицуки сама притянула мое лицо к своему. В её черных зрачках отражалась я.

— ...Я тоже волнуюсь. Когда ты рядом, сердце так и щемит. Ты становишься всё прекраснее, Нана. Кажется, я влюбляюсь в тебя снова и снова, каждый божий день.
— Э?..
— Так что неси за это ответственность. Ты мне сегодня еще не говорила, что любишь! Давай, я жду.

Мицуки обхватила мою шею руками. И как только её губы нежно коснулись моих, где-то внизу живота вспыхнул пожар. Поддавшись порыву, я обняла её за талию, и мы слились в поцелуе.
Боже, как хорошо. Спустя месяц я снова чувствую её запах и тепло — это мгновенно раздувает пламя желания внутри меня. В тишине комнаты слышны лишь влажные звуки поцелуев. Я крепко прижимаю её к себе, а Мицуки счастливо улыбается.
Рассудок медленно сгорает дотла. Всё, я больше не могу, хочу повалить её прямо здесь. Но... сегодня ведь наш первый день в общем доме... Хотелось бы быть «умной и крутой», пригласить её в спальню красиво...

Словно прочитав мои мысли, Мицуки со звуком «чмок» отстранилась и озорно улыбнулась мне.
— Нана, возьми меня на ручки. И неси прямо в кровать.
— ...................Мицуки, ну ты и вредина.

В голове будто что-то взорвалось — остатки самообладания разлетелись в щепки. Я подхватила её под колени и одним рывком подняла на руки.
— Кья-а! — Мицуки весело рассмеялась, обхватив меня за шею.
Слава богу, у меня хватает сил носить её на руках... Мысленно выдохнув, я ногой распахнула дверь спальни и опустила Мицуки на кровать.
Она смеялась, и я смеялась вместе с ней. Я чувствовала себя абсолютно, бесконечно счастливой.

Да ну их, эти коробки. Вещи подождут. Сначала нужно восполнить всё то одиночество, что накопилось за месяц разлуки.
Ведь завтра, и послезавтра, и до самого конца жизни... Мицуки будет рядом со мной.

Так моя первая любовь благополучно пришла к своему счастливому финалу.
Это история моей жизни — моей первой и последней любви.
Вот и сказке конец.

---

Конец истории любви в некоем чулане

Спасибо, что читали на протяжении этого полугода! Ваши комментарии и оценки были моей главной поддержкой.
(Основная история завершена, но автор планирует написать еще одну главу-экстру от лица Мицуки. Следите за обновлениями!)