Том 1 - Глава 2.11: «Снег находит земляной ком» — Часть 11

— Твой живот, ты в порядке?

— Я в норме, но… вы плачете, потому что было страшно?

— Нет.

Я с силой потерла глаза предплечьем, стиснув зубы, чтобы остановить подступающие слезы.

— Там такая ужасная обстановка, в любой момент можно погибнуть из-за какого-нибудь несчастного случая, и никто даже не удивится… но ты жива, и это просто… я так обрадовалась. Вот и всё.

Всё это было абсолютно, совсем не в порядке, и всё же я поймала себя на этой мысли, и именно поэтому расплакалась.

— …Пожалуй, да. В конце концов, я ведь встретила вас.

Кай не стала вытирать слезы, как это сделала я. Она улыбнулась, как и всегда, словно празднуя сам факт нашей встречи. Сказав, что то, что она жива, дало ей возможность встретиться со мной, она сложила ладони вместе, словно в знак этой маленькой радости. От такого я едва снова не расплакалась. На этот раз слезы были другими, они ощущались совсем иначе. Но я сказала себе, что сейчас не время реветь, и подняла голову.

— Сейчас это не самое главное.

— И все же тот удар ногой после разворота был потрясающим.

В её взгляде я уловила что-то похожее на благоговение. И это все, что она вынесла из произошедшего? Мне стало неловко от того, что я показала ей нечто настолько первобытное, за чем не стояло ничего, кроме чистого инстинкта.

— …Он схватил меня за волосы, и это просто напомнило мне кое что.

Давным-давно. Кое-кто такой же настойчивый. Тогда я разозлилась и развернулась. И затем это обернулось настоящими неприятностями.

— Ха… с тех пор вы выросли, Юки-сан.

— Что ты имеешь в виду?

— Когда вы ударили меня, вы извинились.

— Не вороши прошлое. Садись скорее в машину.

Разговор заметно успокоил меня, и тошнота отступила. По моему знаку Кай забралась на пассажирское сиденье и бросила свою сумку назад. Я последовала её примеру и тоже закинула свою. Освободившись от сумки, Кай потянулась, выпрямив руки и ноги.

Глядя на неё, я почувствовала, как напряжение в моих плечах немного спало. Хотя расслабляться было еще слишком рано. Мне нужно было как можно скорее уехать подальше от этого дома, и я тут же завела мотор. Я ни раз оборачивалась, чтобы проверить, не преследует ли нас кто-нибудь.

— Всё в порядке. Они почти никогда не выходят из дома.

— Да кто это вообще, монстры какие-то…

Как минимум, не люди. Они были за гранью моего понимания человеческой природы. Кай оказалась права во всем, и я ловила себя на мысли, как удивительно, что она вообще смогла вырасти и нормально общаться, живя в такой обстановке. Она могла поддерживать полноценный разговор. Судя по всему, кто-то её вырастил, и, возможно, причина была в этом человеке. Но неужели даже этот человек в итоге так и не собирался по-настоящему спасти её, искоренить саму проблему? Пока мы ехали без какой-либо определенной цели, Кай негромко произнесла:

— Интересно, что нам делать дальше.

— Интересно…

Мне нечего было ей ответить. Я действовала вообще без какого-либо плана. Вместо плана у меня было лишь твердое нежелание признавать поражение выходом из ситуации.

Вернуть её в тот дом — не вариант, это даже не обсуждается. Раз эта дорога была закрыта, оставался один путь, ну или, точнее, два.

Первый: привезти её к себе домой, все объяснить и оставить у себя. Второй: устроить ее пока в отель.

Если я скажу мужу, что притащила Кай домой после того, как устроила какую-то заваруху с семейством Титайра, он почти наверняка не обрадуется. Он может выступить против. И это будет вполне разумная реакция человека, который думает о своей семье. И если бы я думала о своей семье так, как должна, я бы сейчас стояла на его стороне.

Даже сейчас я должна была поступить именно так. И все же я уже знала, что приму сторону Кай. Сочувствие затмило остатки моего здравого смысла.

— Можно мне кое-что сказать?

Она подняла руку, как-то непривычно официально.

— Говори.

Не знаю, с каких пор нам понадобилось поднимать руки, но я все равно разрешила.

— На самом деле есть пара человек, которые могли бы помочь мне где-нибудь остановиться, если я попрошу.

— …Кто это?

— Двое, а может, и одна. Мои кузины. Они тратят семейные деньги как им вздумается, так что лимита у них практически нет, в финансовом плане на них можно положиться. И никто из них не распускает руки.

Услышав это, я припарковала машину у обочины. Возможно, у нас наконец-то появилось направление.

— Они, вроде той опекунши, о которой ты говорила раньше?

— Плюс-минус. Хотя одна из них, скорее всего, захочет получить моё тело в обмен на помощь.

— Что?

— В прошлый раз у неё не вышло, так что, думаю, в этот раз она будет настроена решительно.

Тело Кай?.. Тело, в смысле… Во рту появился горький привкус, исказивший лицо в гримасе.

— Абсолютно исключено. Даже не думай. Отклоняется.

Сама того не замечая, я потянулась и смахнула что-то с плеча Кай, словно стирая грязь, которая прилипла к ней от одних этих слов, сказанных вслух. Прямо сейчас я пребывала в состоянии максимальной гиперопеки по отношению к этому ребенку.

— Тогда всё сводится к одному человеку. К той, что постарше, она мне скорее как приемная мать. Хотя, с психологической точки зрения, из этих двух она худший вариант.

«Худший» — понятие растяжимое, и, вспомнив, от чего я только что ее увлекла, я поморщилась при мысли, что может быть еще хуже.

— Если без прикрас, ты имеешь в виду, что она чокнутая? Хуже тех, кто остался в доме?

— В отличие от них, она хотя бы разговаривает, и у неё есть представление о нормальности. Просто… считай ее эксцентричной, если так проще. Она не склонна причинять вред кому-либо. Кроме одной конкретной цели, так что все не так страшно, как ты думаешь.

— И эта конкретная цель… тебя не включает, я полагаю?

— Безопасность гарантирована примерно на год.

— На год?..

Более того, Кай подкинула мне гипотетическую ситуацию, словно снова проверяя меня на прочность.

— Сейчас странно заводить об говорить, но… что, если бы я сказала, что все эти синяки я нанесла сама себе, просто чтобы привлечь твоё внимание?

Она предложила такой сценарий едва ли не с весельем, прекрасно зная, что я только что видела, как ее буквально сбили с ног ударом.

— Неважно. Я бы просто обрадовалась, что в том доме на самом деле не бьют ребенка. А потом никогда бы больше с тобой не заговорила.

Услышав мой ответ, Кай закрыла глаза, удовлетворенно пробормотав что-то под нос. Была ли это просто её привычка выражать свои чувства или способ скрыть смущение, я сказать не могла.

— В таком случае остановимся на версии с подлинным насилием.

— Хватит говорить глупости, звони им, и побыстрее. У меня и без того забот куча.

— У меня нет телефона. Но номер я помню.

— Ах, точно… тогда возьми мой… нет, подожди, мне нужно сначала связаться с домом…

Список дел продолжал расти. Ничего не откладывалось на потом, все лишь наваливалось поверх и без того насыщенного дня. Я не видела впереди никакого иного будущего, кроме того, где все рухнет под собственным весом.

Но я отказывалась становиться человеком, который проявляет себя только тогда, когда нужно разыграть скорбь, не сделав ничего, чтобы ее заслужить. Это было единственное, в чем я была уверена прямо сейчас.

***

Объяснять всю ситуацию во всех подробностях казалось слишком утомительным, поэтому я просто написала мужу, что на работе завал. В этом не было ничего постыдного, ложь во спасение, ради чего-то необходимого, убеждала я себя, но руки все равно дрожали, пока я отправляла сообщение. В конце концов, это все равно была ложь. Вернется ли ко мне эта беспечность когда-нибудь в будущем?

Закончив со своими сообщениями, я протянула телефон Кай, которая отошла, чтобы сделать звонок, а затем вернулась.

— Спасибо за телефон.

Она отдала его мне.

— Мы встречаемся с моей кузиной в лобби отеля. Назвать адрес?

— Назови, я введу в навигатор… но почему отель?

— Ей, судя по всему, нравится атмосфера отелей.

Я ввела название, которое дала Кай, в навигатор и поехала по маршруту. Целью пути был отель, находившийся на порядочном расстоянии от города, где мы жили.