Том 1 - Глава 2.12: «Снег находит земляной ком» — Часть 12

Отель располагал бассейном во внутреннем дворике, вокруг которого в слегка необычной планировке расположились лаундж и лобби. Столкнувшись с чем-то столь непривычным, я инстинктивно ловлю себя на мысли «дорого», еще толком ничего не оценив. Хотя в данном случае всё и правда выглядело дорого.

Какой человек ждал здесь? Она звала её «ни-сан». Но из-за одного лишь факта, что она была из той семьи, я оставалась настороже. Пусть даже Кай сама решила с ней связаться.

— О, она уже здесь.

В стороне, куда Кай указала из лобби, стояла женщина в юката цвета глицинии, слегка не по сезону. Она заметила нас сразу же и направилась навстречу. От неё веяло атмосферой человека, гуляющего под летним небом. Такая красота заставляет собеседника устыдиться собственного скудного лексикона и умолкнуть. И этот стыд смягчала мягкая улыбка, растворявшая любое внутреннее напряжение. В воздухе вокруг неё разливался цветочный аромат, сорт которого я не могла определить. Объективно говоря, девять из десяти человек наверняка назвали бы её истинным воплощением красоты. И, словно доказывая кровное родство, у неё были такие же глаза, как у Кай. Желтовато-зелёные.

— Привет. Думала, мы больше никогда не увидимся.

— Взаимно, Усио-ни-сан.

— Ты так выросла… а, нет, ничуть. Ты хоть подросла с пятого класса?

— Примерно на два сантиметра.

Женщина в юката с искренним, как показалось, весельем положила подбородок на голову Кай. Не убирая его, названная сестра перевела взгляд на меня. Эти гладкие желтовато-зелёные глаза, в отличие от глаз Кай, были лишены глубины — они обладали сиянием водной глади, которая скорее отражает тебя, чем затягивает внутрь.

— Я Усио Титайра.

Последовавшая за этим непринужденная, открытая улыбка умела проскальзывать сквозь защиту и устраиваться где-то внутри тебя еще до того, как ты решишь её впустить.

«А она в этом хороша», — подумала я, и эта мысль сама по себе послужила исчерпывающим знакомством.

— Я… вот моя визитка.

Я протянула ей карту. Титайра Усио мельком взглянула на неё и склонила голову, отчего голова Кай наклонилась вместе с ней.

— Шевелить челюстью больно, да, ни-сан?

— Я не могу с ходу представить, какое отношение дизайнер имеет к Кай.

— Этот человек — мама моей подруги.

— А с моей стороны — это подруга моей дочери.

«Стало еще менее понятно», — говорил взгляд Усио, а её глаза щурились, кажется, от искреннего восторга.

— Обожаю истории, в которых нет сиюминутной логики. Давайте не будем стоять — как насчет вон того места?

Она направилась к углу лобби с непринужденностью человека, давно привыкшего к подобным заведениям. Кай пошла следом, получив напоследок похлопывание по голове, а я двинулась замыкающей.

Пока они шли, Усио заметила:

— Ты кажешься намного ярче, Кай.

— Ты говоришь это, глядя на такое лицо?

Кай убрала челку, демонстрируя заклеенный пластырем синяк, и улыбка Усио стала только шире.

— Выглядишь так, будто тебе весело, Кай.

— Непривычно оживленно, да.

«…Да что с ними не так?»

Показывать кому-то явные следы насилия и вести об этом непринужденную беседу. Я совершенно не понимала их тональности.

Мы расположились в деревянных креслах вокруг квадратного стола, Усио села напротив меня. Кай, как само собой разумеющееся, выбрала место возле меня, и где-то в глубине души я ощутила от этого тихое, скромное удовольствие.

Я объяснила Усио, что произошло сегодня. Казалось, она слушала рассказ, с искренним интересом. Но в частях, которые касались проблем дома Титайра, не скрывая реагировала без особого энтузиазма.

Также я в общих чертах обрисовала наши отношения с Кай, опустив всё лишнее. Я внутренне готовилась к тому, что Кай в какой-то момент вмешается, но она на протяжении всего разговора молчала. Это было почти похоже на проверку — Кай наблюдала, как именно я охарактеризую то, что происходит между нами.

— Значит, Кай хочет уйти из дома?

— Я не могу просто взять и вернуть её в такое место.

Когда я заговорила, Усио напевно и с музыкальной легкостью пробормотала: «И правда, в такое место».

— Но ведь «такое место» — это единственный дом, который у неё есть.

Произнесено спокойно, но то тут, то там проглядывал цинизм. Учитывая, что Кай считала её кем-то вроде приемной матери, вели себя они одинаково. Если Усио была источником, то оригинал, возможно, был еще более искаженным.

— Кай. Ты хочешь уйти из дома? — спросила она снова, на этот раз обращаясь напрямую к Кай.

Кай ответила:

— Я не знаю.

— Чего?

Я не понимала, как такое возможно на данном этапе, но Кай продолжила:

— Я не знаю. Мне не до конца ясно какой в этом смысл. Но я хочу верить, что делаю это не просто так, и за всем этим могут скрываться возможности.

В голосе Кай, обычно легком, как свежий снег, пробилась едва заметная твердая нотка. Мы с Усио наблюдали за тем, как она заглядывает внутрь себя, пытаясь облечь в слова бушующие там мысли.

— Поэтому, Усио-ни-сан. Я прошу тебя о помощи.

Кай искренне склонила голову в просьбе. Я замялась, не зная, стоит ли мне поклониться вместе с ней, и в итоге просто осталась зрителем.

Ответ Усио прозвучал буднично:

— Конечно. Если Кай хочет жить где-то во внешнем мире, так определенно будет лучше. Я возьму на себя расходы.

Она легко согласилась, и в этом сквозило одновременно и уважение, и безразличие.

— Эм. — Она взглянула на визитку, которую я ей дала. — Амамия Юки-сан?

— Сэцу.

— Сэччан.

— Это звучит как-то странно.

— Кай, я бы хотела поговорить с Амамия-сан наедине.

— Ты просишь меня отойти?

Ответом ей послужла улыбка Усио. Кай бросила: «Пожалуйста, побыстрее» — и, поднявшись, направилась в дальний конец лобби.

Глядя вслед, я почувствовала, как её маленькая спина пробуждает во мне какое-то чувство. Её хрупкость невозможно было игнорировать.

— Видеть Кай такой искренней… она явно хочет сохранять свой невозмутимый вид. Неожиданно мило.

— Искренней?

— Она пытается быть хорошей девочкой перед вами. Трогательно, правда. Даже сильнее, чем я ожидала.

— Это… считается искренностью?

Ощущение, что это не так, и ощущение, что такое возможно, боролись во мне при явно неравных шансах. Когда я случайно встретилась взглядом с Кай из другого конца лобби, её далекий взор, казалось, обратился исключительно ко мне, и внутри меня что-то тихо вздрогнуло.

«Сейчас не время переглядываться», — оправдалась я перед собой и отвела глаза обратно на Усио.

Глядя на неё в упор, я всё еще находила её образ странным. Она явно была намного моложе меня, и всё же несла в себе атмосферу человека, прожившего долгие годы, и эта атмосфера давила.

— Ну что ж. Теперь как положено — я Титайра Усио. Кай рассказывала вам что-нибудь обо мне?

— Она назвала вас кем-то вроде приемной матери.

— Надо же, она действительно рассказала только безопасную версию.

Её губы изогнулись в подобии улыбки, не выражая явного недовольства, но и что именно скрывалось за этим, было ясно не до конца.

— Вас удивил дом Титайра? То, что у всех одинаковый цвет глаз. — Дело в них, — сказала Усио, указав на собственные глаза.

— Удивил. В какой-то степени… в этом было своеобразное давление.

— У любого, в ком течет кровь Титайра, всегда развиваются такие глаза, без исключений, как видно. Я не сильна в генетике, так что не могу рассуждать с научной точки зрения, но я думала о том, что эти глаза значат.

— И что же?

— Мое мнение — они служат предупреждением и угрозой. Сигнал окружающим о том, что любой обладатель таких глаз опасен, работает как сдерживающий фактор. Люди считывают это предупреждение и держатся на расстоянии. Думаю, именно для этого такие глаза и появились на свет. Под этим нет никакой базы, чисто личные домыслы.

— …

Звучало достаточно правдоподобно, но что-то внутри меня отвергало эти слова. Потому что я, вместо того чтобы держаться от глаз Кай на расстоянии, была притянута к ним с самого первого мига.

***

От редактора: Титайра Усио — одна из главных героинь новеллы Хитома Ирумы “My First Love’s Kiss”. Также Усио появляется в других произведениях Ирумы: “Замужняя Учительница” и даже в “Адачи и Шимамуре” (Том 11, гл. 4). На наших глазах развивается юрийная мультивселенная.
П.С.: И оцените первую официальную иллюстрацию, в разделе “Арт”.