Том 1 - Глава 24: Ночная прогулка

Мы с Кайлой медленно шли по территории поместья Регверд. Сад вокруг утопал в ночной тишине и густой темноте, но высокие фонари вдоль дорожек разливали мягкий золотистый свет, поэтому даже в столь поздний час прогулка казалась спокойной и по-своему уютной.

Некоторое время мы молчали.

Я осторожно поддерживала Кайлу под руку, и уже от одного этого сердце билось так сильно, будто вот-вот выпрыгнет из груди. Для меня сама возможность идти вот так рядом, чувствовать тепло её ладони, уже казалась настоящим подарком судьбы.

Сама Кайла, впрочем, явно пребывала в куда менее восторженном настроении...

Ну и ладно.

Главное, что сейчас мы были вместе.

И, по крайней мере, она согласилась меня выслушать.

Через некоторое время мы прошли аллею старых лип и вышли к пруду, в чёрной воде которого дрожало отражение луны.

Именно Кайла первой нарушила молчание:

— Ну? — тихо спросила она. — О чём именно ты хотела поговорить?

Я невольно замялась, собираясь с мыслями.

Начать этот разговор оказалось куда сложнее, чем я представляла.

Особенно зная, что он вполне может закончиться либо ссорой, либо очередной стеной ледяного молчания.

— Это касается леди Ирен... — наконец тихо сказала я.

— Что?

Кайла тут же нахмурилась.

Брови сошлись к переносице, и на лице появилось заметное недоумение — словно она ожидала услышать что угодно, только не это.

Не о лечении.

Не о её состоянии.

А о младшей сестре.

— Дело в том, — осторожно продолжила я, — мне кажется, у леди Ирен серьёзные проблемы в академии...

Но складка между бровями Кайлы не исчезла.

Наоборот — стала только глубже.

Она всё ещё не перебивала меня, но я отчётливо почувствовала, как её пальцы в моей ладони едва заметно напряглись.

Не дожидаясь ответа — и, возможно, опасаясь услышать что-нибудь особенно резкое, — я поспешила продолжить:

— В последнее время леди Ирен постоянно пропускает занятия. Я сама видела, как она ссорилась с госпожой Фаррис, как отказывалась возвращаться в академию... И думаю, причина в том, что там у неё серьёзные проблемы. Скорее всего... с другими детьми. Она сказала, что её сверстники издеваются над ней... из-за вашей ситуации.

Я замолчала, давая ей время осмыслить услышанное.

Вокруг снова воцарилась тишина.

Мы стояли у самого края пруда, и тёмная вода почти не колыхалась — лишь иногда по поверхности расходились круги от упавших листьев.

— ...И это всё? — наконец произнесла Кайла.

Голос её звучал сухо.

Почти разочарованно.

— ...А? — растерянно переспросила я.

— Ты заставила меня выйти на эту прогулку только ради того, чтобы рассказать мне об этом?

Она даже не пыталась скрыть раздражение.

— Чёрт... — устало выдохнула Кайла. — А я уже решила, что случилось что-то действительно важное. А в итоге ты рассказываешь мне о каких-то детских конфликтах в академии?

— Но... — я растерялась, чувствуя, как внутри неприятно сжалось. — У леди Ирен действительно проблемы. Она страдает. Разве это не важно?

До этого момента мы спокойно шли рядом, но теперь Кайла резко остановилась.

Я едва не споткнулась.

Конечно, она не могла меня видеть.

И всё же повернула голову в мою сторону настолько точно, словно смотрела прямо мне в глаза сквозь плотную повязку.

— Какое тебе вообще до этого дело? — холодно спросила она.

Тон не оставлял места для споров.

— Э-это... — запнулась я.

— Какое тебе дело до того, что происходит с моей младшей сестрой? — продолжила Кайла.

Голос не стал громче, но с каждым словом в нём появлялось всё больше жёсткости.

— Почему тебя вообще так сильно всё это волнует?

— Ну... — начала я и вдруг почувствовала, будто язык буквально прилип к нёбу.

На мгновение я растерялась и не смогла сразу ответить.

Наверное, со стороны моё поведение действительно выглядело странно.

С чего бы обычной наёмной работнице так переживать за чужого ребёнка?

Хотя...

Возможно, причина была очевиднее, чем мне казалось.

Ирен была младшей сестрой Кайлы.

Уже одного этого было достаточно, чтобы она перестала быть для меня «чужой».

Но, наверное, дело было не только в этом.

В прошлой жизни у меня тоже был младший брат — примерно того же возраста, что сейчас Ирен.

И, возможно, сама того не замечая, я переносила на неё часть тех чувств, которые когда-то испытывала к нему.

Но как бы там ни было, главное это не меняло.

Я действительно искренне переживала за эту девочку!

— Просто... я не могу оставаться равнодушной к чужим проблемам, — наконец уклончиво ответила я, не желая вдаваться в подробности. — Особенно когда речь идёт о детях.

— Вот как? — Кайла коротко усмехнулась, но в этом смешке не было ни капли тепла. — Тогда с такой добродетельной душой тебе стоило идти работать в собор. Там полно людей, нуждающихся в заботе. И они наверняка оценили бы её куда сильнее.

Я решила не отвечать на эту колкость.

После этого мы снова двинулись вперёд.

Ночной сад вновь погрузился в тишину, нарушаемую лишь размеренным звуком шагов по гравийной дорожке — её спокойных и уверенных... и моих, чуть более быстрых, словно я всё ещё пыталась поспевать за Кайлой не только физически, но и во всём остальном.

— В любом случае, — спокойно продолжила я, — я заговорила об этом потому, что действительно переживаю за леди Ирен. И надеюсь, что вы, как её старшая сестра, не останетесь в стороне от её проблем...

Кайла задумалась всего на несколько секунд — ровно настолько, чтобы осмыслить мои слова.

— Проблем? — наконец повторила она. — А то, что ты описала, вообще можно назвать проблемой?

— ...Что?

Даже я растерялась.

— Ты сказала, что у Ирен сложности в отношениях со сверстниками, — её голос звучал ровно, почти безразлично. — Но это совершенно обычное явление. Люди, особенно дети аристократов, бывают жестоки. И нравится Ирен это или нет, ей всё равно придётся научиться жить среди них. В будущем она тоже окажется в таком обществе. Если она не способна справиться даже с подобными мелочами, как собирается выживать во взрослом мире?

Я невольно замолчала.

Честно говоря, такого ответа я ожидала меньше всего.

Но...

Разве её слова не звучали слишком холодно?

Ведь речь шла о её младшей сестре!

— Но... — осторожно возразила я, — это не отменяет того, что леди Ирен сейчас тяжело. Нельзя же просто оставить её одну со всем этим?

— Тяжело? — Кайла коротко усмехнулась. — В её возрасте мне приходилось сталкиваться с куда более страшными вещами.

Я невольно прикусила губу.

— ...Моя сестра, — продолжила Кайла уже жёстче, — выросла в тепле и заботе. У неё всегда была няня, учителя, огромный дом и слуги, готовые исполнить любой её каприз. Всё, что от неё требуется, — учиться и вести себя так, как положено её положению. Неужели это так много?

— И всё же...

— В будущем Ирен станет Великой герцогиней, — резко перебила меня Кайла. — А это ответственность. И необходимость выдерживать удары судьбы. Куда более серьёзные, чем детские насмешки. Ради её же будущего она должна научиться справляться с подобным сама. Это закалит её, сделает сильнее. Если я буду бросаться спасать её при каждой трудности, она никогда не повзрослеет.

После этих слов между нами повисла тяжёлая пауза.

Ночной воздух казался особенно холодным.

И, если честно...

Я одновременно понимала Кайлу и совершенно её не понимала.

С одной стороны, в её словах была логика.

Она сама прошла через настоящий ад и, наверное, искренне верила, что только испытания делают человека сильнее.

Возможно, ей действительно хотелось подготовить Ирен к жестокому миру, где никто не станет её жалеть.

Но с другой...

Мне всё равно казалось неправильным оставлять Ирен одну вот так.

Потому что, несмотря ни на что, она была всего лишь ребёнком.

А детям иногда нужна не закалка.

Иногда им просто нужен кто-то, кто рядом и готов поддержать.

Собравшись с духом, я снова попыталась заговорить:

— Ваша Светлость, я...

Но Кайла не дала мне закончить.

— Достаточно, — резко оборвала она.

Голос прозвучал жёстко, почти грубо.

— Я не намерена обсуждать дела своей сестры с человеком, которого они не касаются. Это семейное дело. И прошу впредь в него не вмешиваться.

На этом она явно решила поставить точку в разговоре.

Мне пришлось замолчать, хотя внутри буквально кипели невысказанные возражения.

И всё же...

Как бы сильно мне ни хотелось спорить, я понимала: в каком-то смысле Кайла права.

Как ни крути, это действительно было не моё дело.

В этом доме я всего лишь наёмная работница.

Посторонний человек, который слишком далеко суёт нос туда, куда его не приглашали.

После этого между нами снова воцарилась тишина.

На этот раз куда более тяжёлая и напряжённая.

Лишь прохладный ночной ветер шелестел листьями где-то над головой.

К тому времени мы уже почти дошли до выхода из сада.

Впереди виднелись кованые ворота, ведущие обратно к заднему крыльцу поместья.

Я поняла: прогулка подходит к концу.

И если я хочу сказать ещё хоть что-нибудь, другого шанса может не быть.

— Ваша Светлость...

Стоило мне снова заговорить, как лицо Кайлы мгновенно потемнело.

Она явно решила, что я опять собираюсь вернуться к прежней теме, и голос сразу стал холодным и предупреждающим:

— Если ты опять собираешься говорить об Ирен, то...

— Нет, — перебила я, пока не потеряла решимость. — На этот раз я хочу спросить не о леди Ирен.

Кайла слегка нахмурилась.

— ...Тогда о чём?

Я глубоко вдохнула.

— О вас.

На лице Кайлы появилось искреннее недоумение.

Похоже, такого поворота она действительно не ожидала.

А я, собрав остатки смелости, шагнула ближе и посмотрела на её лицо — невидящее, скрытое повязкой... и всё равно болезненно прекрасное.

— Ваша Светлость... — тихо сказала я. — Как долго вы собираетесь так жить?

Она застыла.

— Разве это вообще можно назвать жизнью? — продолжила я. — Вы сами заперли себя в клетке... и при этом держите ключ в собственных руках.

— ...

— Я знаю, вы снова скажете, что я лезу не в своё дело, — продолжила я, чувствуя, как голос предательски дрожит от эмоций, — но я просто не могу молчать. Потому что вижу, как вы медленно угасаете... и смотреть на это, ничего не делая, становится выше моих сил.

Кайла ничего не ответила.

Она стояла неподвижно, лицом к тёмному саду, где силуэты деревьев едва различались в ночном сумраке.

Лицо её оставалось спокойным и холодным, словно высеченным из камня, но почему-то мне всё равно казалось, что внутри неё идёт настоящая буря.

И я не могла этого вынести.

— ...Вы ведь ещё такая молодая! — почти отчаянно выпалила я. — Ваша Светлость, вам ещё нет и тридцати... нельзя же так рано ставить крест на собственной жизни!

Но Кайла лишь тихо усмехнулась.

— Что? О чём ты вообще говоришь? — её голос прозвучал устало, почти безжизненно. — Моя жизнь уже закончилась, так что никакой крест тут ставить не на чем. Он поставлен на том, чего больше нет. А я... я просто уже почти мертва.

— ...Что?

У меня перехватило дыхание.

— Я собираюсь продержаться только до совершеннолетия Ирен, — спокойно продолжила она. — Передам ей титул, а затем уйду. Вот и всё. Больше от меня ничего не требуется.

На мгновение мир будто застыл.

Я совсем не ожидала услышать от неё такое.

Сердце болезненно сжалось, пропустило удар, а потом забилось так сильно, что шумело в ушах.

— Как... как вы можете так говорить?.. — выдохнула я и, сама того не заметив, сильнее сжала её локоть.

Но Кайла либо не заметила, либо сделала вид, что не заметила.

Она лишь едва заметно пожала плечами.

— Разве это не очевидно? — почти риторически спросила она. — У меня нет шансов выжить. Как лекарь, ты должна понимать это лучше всех. Поэтому я просто не собираюсь бороться с неизбежным. Зачем тратить силы на то, что изменить невозможно?

На несколько секунд я перестала дышать.

Возможно, в глазах Кайлы — и всех остальных — всё действительно выглядело именно так.

Безнадёжно.

Неизбежно.

Конец, который уже невозможно изменить.

Но я знала правду!

Я знала, что благодаря моей святой силе и ежедневным очищениям у Кайлы всё ещё был шанс.

Не призрачный.

Не мифический.

А настоящий.

— А если... это не так?.. — спросила я дрожащим голосом.

— Что?

Кайла повернула голову в мою сторону, и даже через повязку я почувствовала её недоумение.

— А если... у вас всё-таки есть шанс выжить?

Сначала Кайла застыла, удивлённая моими словами, а затем холодно улыбнулась.

— Прекрати, — оборвала она. — Я знаю, что это невозможно. Моё состояние неизлечимо...

— А всё-таки! — возбуждённо перебила я. — Просто... представьте. Хотя бы на секунду. Представьте, что это возможно. Что вы действительно можете выжить. Что бы вы тогда сделали?

После моих слов воцарилась долгая тишина.

Тяжёлая.

Давящая.

Кайла молчала так долго, что я уже начала бояться — она вообще не ответит.

Но потом всё-таки заговорила.

— Я бы умерла, — спокойно сказала она.

— ...Что?

Я не поверила своим ушам.

К тому моменту мы уже вышли из сада и остановились у кованых ворот.

За ними темнело крыльцо поместья, а холодный ночной ветер мягко трепал багряные волосы Кайлы.

Даже в тусклом лунном свете они сияли, словно языки пламени.

— Даже если бы каким-то чудом мне удалось выжить, — холодно улыбнулась Кайла, — я всё равно покончила бы с этой никчёмной жизнью собственными руками.