Том 1 - Глава 119: Я пришел за тобой

Нейгас и Сейла, разделившись с Флам и остальными, оторвались от химер и направились к задней части замка Мао.

— А там правда есть черный ход?
— Конечно. Было бы странно, если бы кто-то заходил в замок через парадные ворота с мешком овощей в руках, не находишь?

Картина и впрямь выходила комичная. Впрочем, Диза наверняка знал о существовании этого входа, видимого теперь перед Сейлой. Существовала вероятность ловушки, но Нейгас не колебалась. Сейла жаждала разговора с Марией, и Мария — хоть она в этом никогда не признается — наверняка желала того же. Как Цайон и Диза. Никто из них не хотел бы нелепой развязки, где противник гибнет от лазерной ловушки или зубов химеры где-то в темном углу. Смерть должна быть личной.

Дверь черного хода вела прямиком на кухню. В ответ на шум и свет по углам метнулись тени крыс и насекомых. На полках лежал слой пыли — похоже, здесь давно ничего не готовили. Нейгас на мгновение замерла, оглядываясь с тихой грустью. Здесь жили только счастливые воспоминания. О том, как Диза учил её готовить, когда она была совсем маленькой. О том, как она учила Шитум печь сладости, потому что та хотела «угостить братика». Здесь была сосредоточена вся их прошлая жизнь — и обычная, и героическая. Но теперь замок Мао был пропитан не счастьем, а запахом смерти.

— Нейгас, ты в порядке?
Заметив перемену в её состоянии, Сейла с тревогой заглянула ей в лицо.
— Не совсем. Но, увидев твое личико, я сразу пришла в себя.
И это не было лестью. Нейгас правда так чувствовала. Даже если трагедия перечеркнула прошлое счастье, поверх неё всегда можно написать новую историю. Ведь рядом с ней была Сейла.

— Идем.
Взяв Сейлу за руку, Нейгас вышла из кухни. Путь лежал через столовую, за которой начинался длинный коридор, устланный красным ковром. Едва они ступили на него, как коридор залила ослепительная вспышка.

— Магия Света?!
Нейгас прижала Сейлу к себе и прыгнула обратно в столовую. Луч прочертил воздух прямо перед ними, испепеляя всё на своем пути.

— Кх... Нейгас, это была магия сестрицы Марии!
— Похоже, она нас заждалась. Здесь тесновато для серьезной заварушки.
— Всё нормально, для разговора места хватит.

В душе Нейгас бушевала тревога: станет ли Мария, начавшая встречу с попытки убийства, вообще слушать Сейлу? Но Сейла верила. Верила, что её слова обязательно достигнут цели. Нейгас сказала себе, что её работа — поддерживать эту безрассудную искренность и защищать чистоту этой девочки.

Стены и пол коридора, опаленные лучом, светились багровым и плавились. Мария медленно вошла в столовую, ступая по горячему шлаку. На ней была маска, скрывающая лицо. Впрочем, под маской всё равно был вихрь плоти, так что прочесть эмоции по внешности было невозможно.

— Сестрица Мария! — Сейла подалась вперед, выкрикивая её имя.
В ответ лезвие света оцарапало ей щеку.
— Сейла!
— Всё в порядке, Нейгас. Она не собиралась меня убивать. Ведь так, сестрица?
Сейла даже не вздрогнула. Она верила: тот луч тоже был пущен так, чтобы Нейгас успела увернуться. Мария слегка склонила голову и впервые заговорила.

— Не постигаю. Как ты можешь говорить такое, дойдя до этого места?
— Я знаю, что ты добрый человек.
— Тебе показалось.
— Тогда почему ты не только не убила Нейгас, когда поймала её, но и спасла меня?
— Это была прихоть.

Нейгас тоже поняла, что голос Марии лжет. Мария притворялась. Она надела маску не только на лицо, но и на сердце, продолжая подавлять собственное «я».

— К тому же, даже если в прошлом что-то и было, сейчас ситуация иная. Вы проникли в замок Мао с явной враждебностью и столкнулись со мной.
— Я пришла только чтобы встретиться с тобой.
— Чтобы убить меня, не так ли?
— Конечно же, чтобы поговорить!
— И о чем нам говорить?

С этими словами она сняла маску. Под ней был вихрь плоти, который неритмично пульсировал, источая капли крови.
— Для меня больше не осталось пути назад в мир людей.
Тело и душа пали в бездну. Не осталось даже тоски по свету, что сияет где-то высоко и далеко. Так утверждала Мария.
— Неужели ты веришь в чудеса и надеешься вернуть мне человеческий облик? Ха-ха... Сейла, хоть ты и ребенок, пора взглянуть в лицо реальности...

— Я и так всё понимаю, — перебила её Сейла. Её взгляд потемнел. — Я знаю, что тебя не спасти. Когда Ориджин будет уничтожен, твое тело распадется. Даже если мы проиграем, ты всё равно умрешь.
— ...Тогда зачем эти разговоры?
Мария была в замешательстве. Её смутило то, насколько Сейла повзрослела, и то, что, зная финал, она всё равно пыталась убеждать. Сейла посмотрела прямо в глаза Марии взглядом такой чистоты, что от него хотелось отвернуться.
— Чтобы ты перестала ставить на себе крест и встретила свой конец как человек.

Умереть монстром или умереть человеком. На первый взгляд — смерть одна, но между ними — пропасть. По крайней мере, Сейла так считала.
— Даже когда в тебе родилась ненависть, она не сразу захватила тебя целиком. Но мало кто может противостоять злобе, когда убивают семью, близких. Ты, при всей своей доброте, просто не могла не встать на путь мести.

Мария молча слушала слова маленькой святой. Она узнала о злодеяниях Церкви. Узнала, что те, кто её вырастил, стояли за уничтожением её родной деревни. Праведный гнев поглотил её. И когда, поддавшись чувствам, она совершила свой первый грех — наверняка Марию терзала жуткая вина.

— Тебе было больно. Твоя собственная доброта стала ядом, совесть терзала тебя за каждое злодеяние.
Зарываться в одеяло на кровати, коря себя за то, что причинила боль другим. Глушить крики, снова и снова колотя кулаками по матрасу. Чувствовать тошноту, бежать в ванную и рвать со слезами на глазах. Поднимать голову и видеть в зеркале чудовище. Снова кричать, глядя на это уродство. Таких ночей было без счета. «Почему страдать должна я, если предали меня?» Этот конфликт постепенно разъедал её душу.

— Поэтому ты решила заставить себя стать злодейкой.
Грех, совершенный добрым человеком, приносит муку. Грех злодея — наслаждение.
— Ты думала, что если станешь окончательно плохой, то, причиняя боль другим, больше не будешь ранить саму себя.
— Верно, Сейла. Всё так, как ты говоришь. Я по своей воле стала злодейкой. Я отсекла все протянутые мне руки и встала подле Господина Ориджина.
— Но... ты так и не смогла стать по-настоящему злой.

Вихрь плоти дрогнул, отражая колебания чувств Марии.
— Став «злодейкой», ты продолжаешь мучиться от того, что «на самом деле не хотела такой быть». И этим загоняешь себя в угол ещё сильнее.
Поэтому Мария намеренно выбирала то, что считала «ошибкой».
— Ты приняла тело монстра, которого не желала.
(Сколько раз она думала, что лучше бы ей было просто тихо умереть тогда?)
— Ты навязала себе жестокость, которой не хотела.
(Сколько раз она корила себя за то, что осквернила смерть благородного воина?)
— И, наконец, ты насильно взвалила на себя смерть дорогого человека, чтобы окончательно стать воплощением зла. Ты пыталась убить те крохи добра, что ещё оставались в тебе.
(Она убила единственного человека в мире, который мог бы её обнять. Сколько раз этот грех убивал её саму во снах?)

— Думаю, ты уже давно сражаешься не ради мести.
— Не делай вид, будто всё понимаешь.
— Это только ты ничего не понимаешь! Ты просто впала в отчаяние и совершаешь грехи лишь для того, чтобы доказать себе, что ты плохая. Но это бессмысленно! В этом нет никакого толку!

Церкви, которую ненавидела Мария, больше нет. Что может дать ей бессмысленное истребление жизней в этом мире?
— Я ненавижу всё в этом мире. Люди, демоны — все они уродливы и должны быть очищены Господином Ориджином.
Она говорила то, чего не чувствовала. Поэтому слова звучали пусто.
— Ты специально убила Лайнаса-сана, чтобы заставить себя так думать.
— Он тоже человек. Его смерть была естественна ради достижения истинного мира.
— Ложь только ранит тебя! На самом деле ты вовсе не хотела его убивать!
— Ха-ха... Неужели ты пытаешься задобрить меня софистикой лишь потому, что сама не хочешь умирать?

Мария сменила тему, потому что Сейла попала в точку. Её истинное «я» наверняка раскаивалось так сильно, что ей хотелось немедленно убить саму себя. Но она не признавалась. Стоило признать это — и груз вины раздавит её.

— Тебе не понять, Сейла. Ты потеряла семью до того, как начала что-то осознавать. Ты даже толком не помнишь воспоминаний о них, так что не строй из себя ту, кто меня понимает.
— Я не собираюсь называть себя «понимающей». Людям не дано так просто понять друг друга. У нас разные ценности, разные судьбы, даже у тех, кто считает, что они близки, полно нестыковок.
Сейла узнала это в боях. Но это не значило, что она сдастся.
— Но то, что ты принуждаешь себя — очевидно для любого! Даже если ты умрешь так, ты просто продолжишь страдать в своих сожалениях. Смерть не принесет тебе освобождения!

Если загробный мир существует, то ад для неё будет длиться вечно. Сейла отчаянно продолжала убеждать. Но Мария лишь усмехнулась.
— И что, мне просто сдаться и умереть?
Она отмахнулась от протянутой руки.
— Я просто хочу, чтобы хотя бы в самом конце ты сделала выбор сама, а не под давлением своих навязчивых идей.

— Ха... Ха-ха... Кха-ха-ха-ха!
Мария закрыла вихрь плоти на лице рукой и разразилась злодейским смехом.
— Знаешь, Сейла, для меня все твои слова звучат лишь как мольба о пощаде. Будто ты пытаешься разжалобить меня, лишь бы избежать битвы, исход которой предрешен!
Она развела руки, и над ними завихрилась магия. Частицы света бешено вращались, набирая мощь. Этой силы уже было более чем достаточно, чтобы испепелить Сейлу и Нейгас, но она продолжала расти.
— Вот почему людям нельзя доверять! Если продолжишь смущать мой разум — умри!

Она соединила магию обеих рук в одно целое и метнула ослепительную световую фрезу. От выстрела до попадания — мгновение. Нейгас, предугадав движение, повалила Сейлу на пол.
— Кх... Ты сама признала, что твои мысли «смущены», а значит, ты колеблешься! Упрямая сестрица! — выкрикнула Сейла свои детские, но честные чувства, морщась от удара.

— Сейла, сначала придется драться! Мы остановим её, а потом снова поговорим. Согласна?
— У-у... Ладно!
На самом деле она не хотела сражаться. Но реальность была сурова, и она это понимала. Поднимаясь, Нейгас активировала «Скан». Она знала о колоссальной разнице, но хотела оценить статы Марии.

---

(Текст поврежден/искажен Ориджином)
Сила: 28315
Магия: 67192
Выносливость: 29156
Ловкость: 17392
Чувства: 51833

Буквы, что она видела, почти не читались. Только цифры остались целы — слабое утешение. Впрочем, от этих цифр кружилась голова.
(Понятно, почему её может одолеть только Флам...)
Эти способности превосходили и людей, и демонов. К тому же из-за продвижения процесса снятия печати Ориджина она стала еще сильнее, чем во время убийства Лайнаса. Дело было не только в разрушении Ядра — другим просто не хватило бы мощи, чтобы противостоять ей. Но раз уж им поручили сдерживать её, они должны выполнить долг. Хотя умирать Нейгас не собиралась. Главная задача — выжить вдвоем.

— Теневой туман!
Нейгас взмахнула рукой, и Марию окутало черное облако. Она хотела лишить её обзора, но Мария легким движением руки развеяла туман магией света.
— Неужели ты думала, что такие детские трюки сработают?
Мария выставила руку вперед и нанесла ответный удар. Частицы света разлетелись вокруг, словно пыльца с крыльев бабочки. Это была «безымянная магия» — простое высвобождение магической энергии света, неэффективное и маломощное. Однако при её чудовищных статах даже такая магия была смертоносной.
Световая пылинка коснулась стола. Раздался негромкий хлопок, и предмет просто исчез, аннигилировав. Мария не недооценивала их — просто для уничтожения человеческого тела этого было вполне достаточно.

— Импульсный луч! — Сейла выставила руки, выпуская рассеянные лучи. Они точно сбивали пылинки, рассеивая их энергию, но это была игра в одни ворота. Пока они защищались, Мария уже готовила следующее заклинание. Мария тоже использовала «Скан», глядя на статы Сейлы. Не для оценки угрозы — разница была очевидна, обычные люди и демоны не могли ей противостоять. Она просто хотела увидеть, как Сейла выросла.

---

Сейла Амбилен
Атрибут: Свет
Сила: 1563
Магия: 4417
Выносливость: 1524
Ловкость: 1532
Чувства: 982

Поразительно. Путешествие с Нейгас и опыт выживания в экстремальных условиях превратили Сейлу в сильного бойца. Если так пойдет и дальше, она легко превзойдет Марию времен, когда та еще была человеком, задолго до того, как ей исполнится восемнадцать. И душой, и телом — именно Сейла достойна звания Святой.
И оттого было прискорбно.
— Как бы ты ни росла... перед Господином Ориджином ты бессильна.
Ей было жаль, что придется уничтожить этот потенциал. Но в то же время её радовала мысль, что она «сможет взвалить на себя великий грех».
Сейла юна — это дает много «очков» греха.
Сейла обожала её — еще больше «очков».
Она добрая, талантливая, верит в будущее с любимым человеком — если растоптать всё это, Мария наконец-то сможет стать абсолютным злом. Она продолжала гнаться за несбыточной мечтой, хотя знала: это не спасет её от вины.

— Пыльцевая ловушка: Нелегальная формула.
С ладоней Марии сорвались крошечные искорки, похожие на пыльцу. Они смешались с облаком частиц, выпущенных ранее. Но в отличие от простого выброса энергии, в эти крупицы была вложена огромная мощь. Это были световые бомбы.

— Малиновая пуля!
— Судный кластер!
Вихрь тьмы и маленькие световые мечи уничтожали частицы Марии. Сейла и Нейгас только защищались, отступая, и не могли заметить подвоха. Как только мечи Сейлы коснулись крупиц «Пыльцевой ловушки», реальность утонула в белом свете.

— Воздушный взрыв!
Нейгас среагировала мгновенно: под их ногами взорвался поток воздуха. Обнимая Сейлу, она выбросила их обоих прочь собственной магией, пробив стену и оказавшись снаружи замка. Это удалось в самый последний момент.
Нейгас и Сейла, кувыркаясь в воздухе, видели, как сфера света накрыла то место, где они только что стояли. Жар опалял их кожу. От удара «Воздушного взрыва» у Нейгас пошла кровь из носа.

— Исцеление! — Сейла кратко произнесла заклинание, останавливая кровь.
— Прости, Сейла... Ты как?
— Это я должна просить прощения. Я была неосторожна.
— В той ситуации она не могла не подстроить ловушку... Ой-ой!
Из пролома в замке вырвался исполинский луч света. Он прошел вплотную к Нейгас, опалив ей плечо.
— Похоже, летать бесполезно.
Мария вышла из пролома и буднично направилась к ним по воздуху. Полет перестал быть привилегией демонов.

— Сестрица, хватит!
— Луч кары!
Не слушая Сейлу, Мария снова выстрелила светом.
— Да что ж ты за баба такая проблемная!
Нейгас уворачивалась, ворча на Марию, которая продолжала осыпать их атаками. Обычный человек не смог бы стрелять так часто. Она словно хвасталась своим бесконечным запасом маны. Но Нейгас, маневрирующая с Сейлой на руках, постепенно теряла силы.

— Я снова обуза...
— Вовсе нет. Думаю, будь я одна, меня бы уже давно прикончили.
— Почему?
— Как ни крути, она не может убить тебя. Видимо, её всё еще грызет совесть за Лайнаса. Ведь так, Мария?
— Не смей интерпретировать мои действия так, как тебе удобно.
В ответ на холодную ярость Марии лучи света начали изгибаться, преследуя Нейгас.
— Опа! Попала в точку, вот ты и бесишься.
— С чего ты взяла, что я злюсь?
— Да ты с самого начала не в себе. Тебе не идет роль монстра.
— Жалкая провокация!

На этот раз лучи в её руках превратились в подобие световых мечей. Нейгас едва успевала уклоняться, а удары Марии внизу в щепки разносили дома и стены Селейда. Видя эту мощь, Нейгас присвистнула.
— Ты не станешь счастливее от этого, сестрица!
— Я знаю! Но даже если я раскаюсь, уже слишком поздно что-то менять!
— Никогда не поздно!
— Мне не нужно половинчатое спасение! Божественная осада — умрите!

Мария вскинула руку, и в воздухе возникли тысячи световых искр, окружая Сейлу и Нейгас. Это было красиво, словно звездное небо, но каждая искра была мощной миной, способной разорвать тело. Их были тысячи. Нейгас надеялась на преимущество демонов в воздухе, но при такой разнице в мощи опыт полета ничего не значил. Им негде было спрятаться.

— Тогда на земле, среди руин, будет больше шансов... Сейла, прорываемся силой, держись!
— Поняла!
— Звуковой рейд: Нелегальная формула!
Развернув ветряной щит, Нейгас спикировала вниз, лавируя между искрами. Стоило задеть одну — и взрыв терзал щит. Им удалось прорваться только благодаря решительности Нейгас. Промедли она секунду — и их бы раздавило.

— Вам не уйти!
Но прорыв не означал конца заклинания. Мария опустила руку, и все искры в небе дождем посыпались на Нейгас. Та прижала Сейлу к себе и прыгнула вперед.
— Мое единственное желание — вернуться.
— Тогда вернись!
— Как?! Ты можешь меня вернуть? К моей семье, ко всем моим близким, в мою родную деревню — как ты собираешься меня возвращать?!
— Это...
— Не можешь, ведь так? Нет никого, кто мог бы меня спасти. И если это желание невыполнимо, то всё равно — жить человеком или умереть монстром!

Мария, окутанная светом, рухнула вниз. Её удар кулаком о землю заставил замок содрогнуться, оставив в земле чудовищный кратер. Девушки успели отскочить, но их отбросило ударной волной.
— Если итог всё равно трагичен, то я выберу путь, на котором смогу забрать с собой как можно больше людей!
— Это не то, чего ты хочешь на самом деле!
— Нет, это именно мое желание. Последнее желание той, кто потерял все надежды!
— Да ты просто эгоистка до мозга костей!

Ветряная сфера Нейгас — «Малиновая сфера» — полетела в Марию. Но та просто протянула руку и раздавила магию физической силой, даже не используя заклинания.
— А что теперь? Я никогда не была Святой. Я лишь уродливый монстр, чье тело и душа искажены до предела!

В руках Марии возник исполинский меч света. Она вонзила его в землю и с натугой начала вытягивать. Земля задрожала.
— Поэтому я убью вас. Всех до единого. Каждого в этом мире. Поровну, силой Господина Ориджина!

Вместе с клинком она вырвала из земли огромную глыбу ростом с дом. Теперь это был не меч, а колоссальный молот — булава максимального масштаба, которую только могла поднять нынешняя Мария.
— Похоже, дело пахнет керосином...
— Какая огромная...
Они завороженно смотрели вверх. Убежать было невозможно — даже на полной скорости они бы не успели выйти из зоны поражения.
— И даже для Сейлы не будет исключения!

В голосе Марии звучала решимость. Как и тогда, когда она убила Лайнаса — это был акт самобичевания, попытка пасть еще глубже в бездну. Сейла была права: это было чистое отчаяние.
— Молот Суда: Джаджмент Банишер! Умри-и-и-и-и!

Может, будь рядом кто-то более сильный, он бы её остановил. Но первым, кто заговорил с ней в тот переломный момент, был не добрый друг и не мудрый учитель, а Ориджин. Те, кто ищут спасения у Ориджина, неизбежно приходят к гибели. Это судьба. И в тот момент её конец был предрешен. Но Сейла не сдавалась, желая хотя бы перед смертью освободить Марию от оков проклятия.

— Сейла, пора!
— Поняла! Делаем ЭТО!
Они знали, что поодиночке им не сравниться с Марией. Статы, выносливость — во всём они проигрывали вчистую. Поэтому оставался единственный шанс — нанести один сокрушительный удар, превосходящий пределы возможного, как тогда, когда Сейла применила «Нелегальную формулу» против химер.

Они схватились за руки, переплетая пальцы.
— Что бы вы ни задумали, против моей нынешней силы всё напрасно-о-о-о!
— То, что не под силу одному, мы сделаем вдвоем!

Сейла и Нейгас посмотрели друг другу в глаза, синхронизируя сознание. Магия слилась гораздо легче и плавнее, чем раньше — знак того, насколько близки они стали. Мощь этого заклинания во много раз превосходила их первый «Энтейдж» во Фуктусе.
Они в унисон выкрикнули заклинание:
«Энтейдж: Джаджмент Темпест!»

Их голоса слились, и колоссальный меч света, разогнанный силой ветра, выстрелил вперед. Магия, чья мощь была не сложена, а перемножена, столкнулась с «Молотом Суда». Ослепительная вспышка на миг сделала мир абсолютно белым. Когда зрение вернулось, глыба, которую заносила Мария, почти полностью исчезла, оставив лишь жалкий обломок у рукояти.

— Что... При такой разнице в силах... Моя магия была аннигилирована?!
Мария стояла в оцепенении. У неё еще были силы, но для неё, считавшей свое превосходство абсолютным, это стало шоком. Воспользовавшись моментом, Сейла проскользнула через пыль ей за спину. Она вскинула булаву обеими руками и... остановила её в сантиметре от головы Марии.

— Кх... Почему ты остановилась?
Мария, конечно, чувствовала её. Удар булавы Сейлы не нанес бы ей серьезного урона. Мария была готова принять его без защиты, чтобы Сейла осознала свое бессилие, а Мария смогла убить её в упор. И когда она планировала принять смерть... остановка удара заставила её спросить о причине.
— Потому что я подумала, что так тебе будет больнее.

С этими словами Сейла обняла Марию со спины.
— Сейла... зачем. Я же сказала — это бесполезно.
Запах крови примешивался к её аромату, но сам запах не изменился. Это была она — её любимая сестрица.
— В конце концов, я просто эгоистка.
— Что ты имеешь в виду?
— Мне просто невыносимо видеть, как моя любимая сестрица так умирает. Я много чего наговорила, но если честно — я просто не хочу тебя бросать.

Нежелание терять дорогого человека. Самое простое и естественное чувство. Сейла была именно таким человеком — глубоко привязанным к тем, кого любит.
— Из-за такой причины...
— А других и не надо. У всех так. В основе любого поступка лежит личный эгоизм.
Даже если на кону судьба мира — Флам, например, сражалась ради того, чтобы жить с Милкит. Так у всех. Какие бы красивые слова о мире и справедливости ни говорились, в глубине души всегда скрыт личный мотив.

— Мне не нужно... такое сочувствие.
— Конечно, тебе не нужно. Я знаю. Но мне всё равно невыносимо видеть, как ты умираешь монстром.
— ...
Мария молча опустила голову. Она была слабой. Сейла назвала бы это добротой. Как бы она ни пыталась измениться, она не могла — это было в её натуре, в крови её родителей. Кем бы она ни притворялась, это ядро в ней невозможно было уничтожить.

— Сейла, подходить так близко к врагу — безрассудство. Нейгас, ты должна была её остановить.
— Я и глазом моргнуть не успела, как она сорвалась.
Нейгас картинно развела руками. В её жесте не было враждебности, потому что жажда убийства, исходившая от Марии, угасла. В итоге Мария так и не смогла окончательно стать монстром. Она выбрала не тот путь: тот, кто рожден идти к свету, никогда не станет истинным злом.

— Нейгас-сан.
— А?
— Спасибо, что присматривали за Сейлой. Вы хороший человек.
— Вообще-то я демон, но ладно. Я стараюсь не быть плохой. Хотя, может, то, что я соблазнила малютку Сейлу, делает меня подозрительной?
— Ха-ха. Если это было по взаимному согласию, я закрою на это глаза.
— Спасибо. И... что ты теперь будешь делать?

Нейгас серьезно посмотрела на Марию. Та ответила тихим голосом:
— Ничего уже не поделаешь.
— Да... Верно.
— С таким-то телом.

Разговор шел только между ними двумя.
— Сестрица?
Сейла не понимала, о чем они, и с тревогой смотрела на Марию. Та протянула руку, схватила Сейлу за шиворот и подняла её в воздух.
— С-сестрица, ты чего?!
Не отвечая, Мария швырнула Сейлу в сторону Нейгас. Та поймала свою возлюбленную.

— Мы выиграли достаточно времени. Уходите.
— Н-но как же ты!
— Прости, Сейла. Всё равно уже слишком поздно.

Мария создала новый меч света и вонзила его в землю. Земля задрожала. Снова поднялась гигантская глыба — «Молот Суда».
— Почему?!
— Моим телом управляет Господин Ориджин. Как только моя воля отклоняется от курса, система вносит «корректировку».
— Сестрица...

Лицо Сейлы исказилось отчаянием. Мария попыталась улыбнуться ей на прощание. Со стороны это выглядело лишь как движение вихря плоти, но Сейла наверняка поняла.
— Уходим, Сейла!
Нейгас окуталась ветром и выпрыгнула из замка. Сейла вцепилась в неё, чтобы не упасть. Тело Марии тут же бросилось в погоню. Она обрушила булаву со всей силы. Воздух завыл, затягивая всё вокруг в эпицентр удара. Нейгас и Сейла пытались вырваться из зоны поражения под защитой ветряной завесы.

Но удар так и не достиг ни их, ни земли.
«Гейл Шот: Спираль!»

Кто-то тихо произнес эти слова и выпустил стрелу. Выстрел, несущий в себе силу ветра и «спирали», сопровождаемый яростным торнадо, врезался в «Молот Суда». Стрела пробила глыбу насквозь. Огромный молот пошел трещинами и рассыпался в прах. То, что Сейла и Нейгас с трудом смогли лишь аннигилировать вдвоем, было уничтожено одним выстрелом. Эта мощь явно не принадлежала обычному человеку.

— Это... неужели... Ты жив?!
— Так вот оно что.
В отличие от потрясенной Сейлы, Нейгас была спокойна. Поняв, что её роль окончена, она оставила это место ему и направилась к следующему полю боя.
— Как же так...

Мария была потрясена еще больше, чем Сейла. На вершине самой высокой башни замка стоял он. С луком в руках, с зелеными волосами, развевающимися на ветру. Любой узнал бы его в ту же секунду.
— Лайнас-сан...

Лайнас Радиантс. Тот, кто должен был быть мертв, стоял перед Марией. На фоне серого неба он уверенно улыбался, хотя большая часть его тела была поглощена вихрем плоти.
— Почему... я же своими руками убила тебя... Как ты можешь быть жив в таком облике?!

Её голос дрожал. Она не могла поверить, что Лайнас жив, и что его тело тоже поражено Ориджином. Он выжил благодаря Ядру. Но побочный эффект был ужасен: половина лица скрыта вихрем, а от человеческого тела осталась разве что левая рука. Остальные части превратились в гротескное переплетение красных нитей, как у тех «детей» с двумя ядрами. Обычно при такой мутации сознание полностью переходит под контроль Ориджина. Но он стоял там. Как герой Лайнас Радиантс.

— Почему, спрашиваешь? Глупый вопрос, Мария-тян. Ответ же очевиден.

Лайнас улыбнулся. Ему было трудно говорить, но он произносил слова тем же тоном, что и раньше. Он всегда жил честно. Как герой, исполняя долг и преследуя Марию. В его жизни не было греха, заслуживающего смерти. И он ни о чем не жалел. Какие бы беды ни обрушивались на него, как бы ни закрывалось будущее — он не жаловался. Он просто хранил в сердце свои чувства.

Лайнас спрыгнул с башни и приземлился перед Марией. Он протянул ей руку и сказал:
— Я пришел за тобой.

Он не сказал куда. Ведь теперь путь был только один. Слова Лайнаса пронзили сердце Марии, словно его стрела. Смятение и любовь сжали её грудь. И её тело, подвластное Ориджину, на миг вернуло себе крохи истинного «я».