Том 1 - Глава 137.1: Интерлюдия 4-1: КОНФЛИКТ

— Этерна-а-а... ТЫ-Ы-Ы ПОЛНАЯ ДУ-У-УРА-А-А!

Яростный крик Инк буквально резанул по ушам.
Не оборачиваясь, она вылетела из дома.

Этерна некоторое время сидела в оцепенении, но вскоре глубоко откинулась на спинку стула и тяжело выдохнула.
Это был первый раз, когда она вызвала у Инк настолько сильный гнев.

— ...Ну, неудивительно, — пробормотала Этерна, убеждая саму себя.

Сердце ныло, в желудке поселилась тяжесть.
Она могла холодно проанализировать свои действия и признать их глупыми, но другого выхода не видела.

— И всё же... я не могу ответить на её чувства.

Этерна прищурилась.
Зрение слегка затуманилось, и из глубин памяти донеслись детские голоса.
Воспоминания из тех времен, когда Этерна сама была совсем ребенком.
Другие «подопытные» её возраста весело бегали вокруг, а Киндер и Клодия ласково присматривали за ними.
Но шло время, и детей становилось всё меньше.

Кто-то умирал, в безумии расцарапав себе лицо; кто-то терял жизнь из-за того, что тело начинало уродливо раздуваться.
Тихая девочка однажды утром просто не проснулась. Близкая подруга, не вынеся страданий, умоляла: «Убей меня», и вскоре превратилась в безмолвный труп.
Были ли они счастливы или несчастны — Этерна не знала до сих пор.
Но именно это было её истоком.

— Только я осталась жива...

С тех пор прошло более пятидесяти лет.
На данный момент в теле Этерны, ставшей «подобием демона» в результате королевских экспериментов, не наблюдалось никаких изменений.

— Я всё еще живу.

Она раскрыла ладонь.
Кожа выглядела как у девочки-подростка.
Чисто внешне она стала выглядеть моложе, чем Инк.

— Но сколько еще я смогу прожить?..

Несмотря на внешность, у неё была память о шестидесяти с лишним годах жизни.
Этерна не была «завершенным образцом».
Она максимально приблизилась к цели Королевства — созданию «искусственного демона», но даже руководитель исследований Киндер не называл это успехом.
Промежуточный, тестовый вариант.
А значит, нет никаких гарантий, что она проживет столько же, сколько настоящие демоны. Она может умереть хоть завтра.
И поэтому...

— ...Нет, дело не только в этом.

Это была лишь одна из причин, по которой она отвергала чувства Инк.
Стоило ей вспомнить разгневанное лицо девочки, как призраки прошлого исчезали.

— Она плакала...

Должно быть, слова «Я не собираюсь вступать с тобой в такие отношения» стали для неё шоком.
Нет, Этерна сделала кое-что похуже. Она наговорила кучу гадостей, растоптав чувства Инк.
Сделала это намеренно, чтобы окончательно сломить её привязанность.

Грудь Этерны наполняла лишь беспросветная меланхолия.
Она ничего не приобрела, лишь бессмысленно потеряла.
И всё же она считала, что поступила правильно.
Она не отрицала, что стала обидчиком, но и не чувствовала, что совершила ошибку.

— Так лучше... Так я, наконец, освобожу Инк от себя, — прошептала она, словно уговаривая саму себя.

«Я хочу, чтобы Инк была счастлива».
Это было её искренним желанием.
И именно поэтому она не могла принять её любовь.
Больше всего на свете Этерна хотела, чтобы Инк была «обычной».
Поскольку они обе не знали нормальной жизни, Этерна мечтала, чтобы теперь Инк обрела обычное тело, обычно влюбилась... прожила обычную жизнь.
С её ярким характером это вполне возможно.
Это гораздо лучше, чем быть рядом с женщиной вроде неё — непонятно, человек она или нет, сколько ей осталось жить, и которая вечно строит из себя опекуна.

«Я люблю Инк».
Это тоже было чистой правдой.
Любовь ли это опекуна, сочувствие товарища по экспериментам или романтическое влечение?
Ответа не было.
Этерна и не пыталась его найти.
Потому что всё и так было ясно.
Ситуация была настолько безумной, что даже смешно, но при этом всё было слишком очевидно, чтобы об этом раздумывать.
Поэтому она просто откладывала этот вопрос в долгий ящик.

Стоило закрыть глаза, как всплывала улыбка Инк.
Этерна горько усмехнулась.
Этот сияющий образ буквально выжжен в её сознании — и как она собиралась обманывать себя, просто не давая четкого ответа?

Прошло четыре года с их встречи.
Инк повзрослела и превращалась в красавицу.
Но внутри она почти не изменилась: осталась такой же жизнерадостной и дружелюбной.
Стоило ей увидеть Этерну, как она доверчиво бросалась в объятия, утыкаясь лицом ей в грудь или плечо.
Честно говоря, Этерна была счастлива.
Счастлива, что Инк, которой она спасла жизнь и вернула зрение, всё еще так привязана к ней.
Но она понимала: в этом привязанности замешано и чувство вины за «похищенную правую руку Этерны».
Если бы Этерна захотела, она могла бы навечно привязать девочку к себе.
Она имела на это право после всего сделанного.
Если бы она просто отбросила «правильность» и поддалась эгоизму...

— ...Поэтому и нельзя, — сказала она, глядя на узор древесины на столе.

Именно поэтому Этерна считала, что должна оттолкнуть Инк.
Её собственное желание обладать девочкой было опасным.
Она могла сама закрыть тот путь, который с таким трудом открыла для Инк.

Для чего она сохранила ей жизнь?
Чтобы та жила как обычный человек.
Для чего она спасла её, пожертвовав рукой?
Чтобы та жила как обычный человек.
Для чего она вернула ей зрение?
Чтобы та жила как обычный человек.
Всё было только ради этого — и уж точно, точно, точно не для того, чтобы сделать её своей собственностью.

В груди теснило. Тело казалось свинцовым.
Даже дышать было лень.
Хотелось просто затаить дыхание и убить себя прямо здесь.
По мере того как гнев утихал, а мысли успокаивались, тяжесть в груди только росла.

Она ведь плакала.
Человек, который с такой ослепительной улыбкой говорил ей «люблю».

«Я была рядом с тобой только как опекун. Твои разговоры о любви меня только утомляют». Что это вообще было? Где в этих словах хоть капля правды?

«Инк еще ребенок. Это лишь мимолетные эмоции. Я взрослая, и мой долг — пресекать подобные детские заблуждения». Тоже мне, «взрослая». Какая самоуверенность.
Неужели человек, который всю жизнь прожил затворником в горах, стал настолько выдающимся, чтобы поучать других?
Твоё сердце так и не повзрослело с тех пор, как ты была подопытной в столице.

«Ты давно меня раздражала. Я никогда не посмотрю на тебя так, и мне неприятно, что ты так смотришь на меня». О боже, это было просто невыносимо...

— Эй, дверь была открыта. Это слишком беспечно... Этерна, ты чего сползла со стула?

В прихожую, из которой недавно выбежала Инк, без спроса вошла Нейгас.

— Нейгас, это незаконное вторжение.
— Мы же договаривались обсудить дела.

Это была правда, и время было точное.
Оказывается, с ухода Инк прошел уже целый час.
Удивившись про себя, Этерна выпрямилась и села нормально.
Нейгас опустилась на стул напротив и оглядела комнату.

— А где Инк-тян?
— Ушла.
— Звучит так, будто она сбежала из дома.
— ...

Этерна молча отвела взгляд. Этого было достаточно.

— ...Серьезно?
— Поссорились.

Нейгас тяжело вздохнула.
Она знала об их отношениях. Знала, что за четыре года пламенных атак Инк они так и не продвинулись ни на шаг.

— Могли бы поссориться после обсуждения. Судя по твоему лицу, виновата ты?
— На сто процентов.
— Какая уверенность. И что ты сделала?
— Она, как обычно, сказала «люблю», а я со всей силы её оттолкнула.

Этерна уныло опустила глаза.
Увидев это, Нейгас нахмурилась, подалась вперед и заглянула ей в лицо.

— Я давно это подозревала, но теперь уверена... Ты дура.
— Обидно.
— Нет, дура. Оттолкнуть ребенка, который так и светится любовью к тебе — нормальный человек на такое не способен.

Причем на протяжении четырех лет, не пропуская ни дня.

— Именно потому, что светится... я и оттолкнула.
— Вдвойне дура.
— Заткнись со своей «дурой»! Я тоже... я много о чем думала!

Этерна вспылила, обнажив редкие для неё эмоции.
Нейгас, слегка удивленная, откинулась назад.
Почувствовав, что перегнула палку, Этерна тоже успокоилась и поправила позу.

— ...Давай сначала закончим обсуждение.
— Обсуждение фестиваля государственного масштаба? С тобой в таком паршивом состоянии, будто ты в болоте утопаешь? И без Инк-тян нельзя, она должна сидеть рядом.
— И что тогда? Перенесем на другой день?
— Сначала расскажи-ка мне честно, почему ты так поступила с ней.

Ведьма прищурилась, глядя на Нейгас.
Но та не шутила. Она не издевалась, а искренне собиралась выслушать её проблему.

— Не понимаю, почему тебя это так волнует, — раздраженно бросила Этерна, глядя в окно.
— Как представитель другой пары с большой разницей в возрасте, я не могу пройти мимо.
— Мы не пара!
— Вот в этом и проблема. У тебя есть причина так яростно это отрицать? Как по мне, давно пора принять её чувства и начать встречаться...
— Если бы всё было так просто, я бы не мучилась!

Этерна резко вскочила и с силой ударила левой рукой по столу.
Нейгас невольно отпрянула.
Казалось, Этерна провела черту: «Дальше не входи», но Нейгас была из тех, кто лезет напролом.

— ...В любом случае, это дело только моё и Инк.
— Не совсем. Если Инк-тян будет грустить, Сэра-тян тоже расстроится.
— Рост всегда сопровождается болью.
— Эту фразу часто используют как оправдание. Я так не считаю.
— Это необходимо для независимости.
— Слушай, ты ведь думаешь о разнице в возрасте, о том, что не сможешь сделать её счастливой, и прочую ерунду? Это бесполезно. Если чувства настоящие, сколько бы ты ни оправдывалась и ни отталкивала её, вы всё равно не сможете расстаться.
— Наши отношения с Инк — это не то же самое, что у тебя с Сэрой.
— И в чем же разница?
— Я её опекун.

В этом и было решающее отличие.
Флам и Милкит, Сэра и Нейгас — их отношения были в какой-то мере равными.
С Этерной и Инк всё иначе. Вернее, Этерна сама сделала их иными.
Четыре года назад она воспринимала Инк просто как ребенка и не задумывалась об этом во время битв, но за время совместной жизни она обросла лишними мыслями, словно жиром.

— Как взрослый человек, я должна защищать её.

Ответственность. Этика. Здравый смысл.
Всё это были лишь оковы, но они казались необходимыми, потому что это были «правильные доводы».

— Как же с тобой сложно.
— Сложно — и ладно.
— Тебе это действительно нужно для жизни?
— Мне — нет. Я и так никогда не была нормальной, и возвращаться уже поздно. Но... Инк другая. Ей всего пятнадцать. Она может жить нормально.
— Опять это «нормально». Что это вообще значит? Какой образ жизни?
— Уйти от меня, увидеть широкий мир, встретить разных людей.
— Как-то расплывчато.
— Вовсе нет. Я планирую отдать её в Королевскую академию магии.
— Это та новая большая школа? С полным пансионом?
— Если она пообщается со студентами с самыми разными ценностями, её мир расширится. И там она наверняка... встретит кого-то, кто покажется ей куда более замечательным, чем я.

Этерна не то чтобы не была уверена в себе.
Просто Инк прозрела совсем недавно, но уже заявляет, что Этерна для неё — лучшая в мире. Этерна просто не могла с этим согласиться.

— Наверняка в мире есть кто-то, кто сделает её гораздо счастливее, чем я.
— Ты в себе не уверена?
— Дело не в этом.
— Нет, это именно неуверенность. Уверяю тебя, это чушь. Сделать Инк-тян счастливой можешь только ты одна.
— Я не знаю.
— По её лицу это и так ясно. Странно, что ты этого не видишь. А-а, понятно. Ты просто трусишь.
— Ничего подобного, я абсолютно спокойна.
— Наверное, ты думала, что когда Инк-тян прозреет, она разочаруется в твоей внешности и уйдет?
— Нет.

Она ответила мгновенно, но... это была правда.
Она ожидала, что увидев её детский облик, Инк разочаруется. Она на это надеялась.

— Но вопреки ожиданиям, она не ушла, а стала атаковать еще яростнее.
— Я сказала — нет.

Этерна упрямо стояла на своем. Но из-за того, что Нейгас раз за разом била не в бровь, а в глаз, на лице ведьмы проступило раздражение.
Чтобы добить её, Нейгас продолжила натиск:

— Послушай, Этерна, у Инк ведь стихия воды. Ей не нужна академия магии, под твоим руководством она вырастет куда быстрее.
— В будущем одной силы будет мало. Только отточив человеческие качества...
— Ты надеешься, что она влюбится в кого-то другого, но я думаю, что если она посмотрит на других, то только лишний раз убедится, насколько ты замечательная.
— Угх...
— Видишь, ты и сама так думаешь. И вообще, если она вдруг влюбится в кого-то другого, ты сама-то сможешь это принять?
— Это... это...

В каком-то смысле это был самый больной вопрос.
Если Инк привяжется к кому-то другому так же, как к ней... от одной мысли об этом сердце Этерны сжималось.
В глубине души часть её — та, что была опекуном — была бы рада.
Но эта радость была бы мгновенно сметена бушующей ревностью.

— Проблем... нет, — выдавила Этерна.

Конечно, обмануть Нейгас не удалось.

— У тебя на лице написано «сплошные проблемы». И вообще, как ты можешь оправдываться с такими опухшими глазами?
— Я не плакала...

Этерна коснулась глаз. Они действительно были влажными.
Пока она сидела одна в раздумьях, слезы потекли сами собой.
Она даже не заметила.

— Умеешь управлять водой, но не собственными слезами.
— Не остроумно.
— Неважно. Если ты плачешь, значит, тебе тем более нужно быть честной с собой. Иначе потом будешь жалеть до самой смерти.

Если бы Сэра ушла от Нейгас... от одной мысли об этом ведьма была готова убить себя.
Она была уверена: если Этерна ничего не изменит, её ждет то же самое.
Но, к несчастью, у Этерны всё еще была причина ставить «правильность» выше чувств.

— Я не то чтобы не честна с собой.

Она не врала своим чувствам. Всё, что она сказала, было правдой.
Она не просто хотела оттолкнуть её без причины...

— Чем чище мои чувства, тем меньше я понимаю, как быть.

Именно потому, что любит. Именно потому, что дорожит ею, она считает, что не должна быть рядом.

— Важно не то, что думаешь ты, а то, что думает Инк-тян. Ведь и так ясно, в чем её счастье.
— ...Завидую тебе.
— Что это вдруг?
— Завидую твоей уверенности в том, что ты можешь сделать партнера счастливее всех на свете.

В итоге всё сводилось к этому.
Особенности тела. Срок жизни.
Желание опекуна, чтобы Инк увидела мир.
Всё это заставляло её думать, что рядом с ней Инк не обретет счастья.

— Мы ходим по кругу... — вздохнула Нейгас.
— Поэтому я и мучаюсь.
— Слушай, Этерна, мне пришла мысль. Почему бы тебе не сказать ей всё это честно?
— О чем ты?
— Обо всем. Почему ты пытаешься её оттолкнуть, почему не можешь стать её парой. Инк ведь злится на тебя за то, что ты не показываешь своих чувств, так? Но у тебя ведь есть своя форма любви. Если она поймет это, вы сможете поговорить спокойнее.
— Об этом... я не думала.

Она пыталась донести свою волю через холодность, но, как и сказала Нейгас, в такой сложности не было нужды.
Впрочем, не факт, что Инк согласится с её доводами.
Их разговор всё равно мог остаться двумя параллельными прямыми.
Но Этерна точно не хотела ссориться и заставлять Инк плакать.

— В общем, идем искать Инк-тян.
— ...Прости за хлопоты.
— Да ладно. На самом деле я обожаю совать нос в чужие амурные дела!

Нейгас игриво высунула кончик языка.

— Ха-а... я уже жалею, что поблагодарила тебя, — вздохнула Этерна, но на её губах появилась слабая улыбка.

---

◇◇◇

Выйдя из дома, обе мгновенно активировали магию.
Ветер и Вода — с их силой найти человека не составляло труда.
С точностью, не позволяющей ускользнуть даже крысе в канализации, они могли накрыть весь Консилию.
Инк наверняка разозлится, когда узнает, что её искали таким «читерским» способом, но...

— Она не могла уйти далеко.
— И вряд ли пошла в незнакомое место.

Они начали расширять радиус поиска от своего дома.
Однако... никаких следов.

— Ни на земле, ни под землей, ни в зданиях — пусто, — нахмурилась Нейгас.
— Расширю радиус еще сильнее.
— Можно, конечно, но она не могла убежать так далеко за это время.

Нейгас почувствовала неладное.
Этерна продолжала поиск и вдруг... в глубине под землей она почувствовала странную реакцию. Это была не Инк.
Нечто на четырех ногах двигалось по водостокам с невероятной скоростью.

— ...Нейгас.
— Я тоже это поймала. Это движение... не обычное животное.
— Не хочется в это верить, но в голову приходит только один вариант.

Этерна не хотела нагнетать, но, сделав глубокий вдох, произнесла это имя:

— Химера.

Она не видела её глазами, но, почувствовав эту странную, ни человеческую, ни звериную ауру, инстинктивно поняла — это она.
Нейгас, судя по её помрачневшему лицу, пришла к тому же выводу.

И в этот же миг... БА-БАХ! Громовой взрыв потряс город, и со стороны Кафедрального собора, где должна была быть Сэра, повалил черный дым.

Обе замерли, ошеломленные чередой внезапных бедствий.

«Совсем расслабились в своем мире, придурки». Мужской голос, принесенный ветром, достиг ушей Этерны.
Она не знала, кто это, но это был явный вызов.
На 99% это была работа «Божественной Родословной» — тех, кто до сих пор верил в Ориджина и продолжал совершать теракты.
Они дождались отсутствия Флам, чтобы бросить все силы и ввергнуть Консилию в хаос.
И, скорее всего, то, что Инк нигде не было — тоже их рук дело.

— Инк!..

Этерна сжала кулаки от ярости и собственного бессилия.
Лицо Нейгас застыло, в её глазах разгорелось темное пламя гнева на врагов, посмевших осквернить её владения.

Не говоря ни слова, они одновременно сорвались с места и бросились в разные стороны.