Том 2 - Глава 2: Экстра 2. Спиральный зверь в человеческом обличье почувствовал себя ужасно жалким в лучах солнца

Эта деревня находилась на северо-востоке от королевской столицы, в суровом горном районе.
Фифф — затерянное, закрытое снегами место.
Говорят, что здесь, среди руин храмов, которые использовали монахи-отшельники еще до расцвета церкви Ориджина, живет около пятидесяти человек.
Есть причина, по которой в Фиффе, откуда даже до подножия гор добраться крайне трудно, остается столько людей. Мех одного из видов монстров, обитающих в окрестных горах, продается очень дорого. Его мясо также обладает уникальным вкусом и пользуется спросом у некоторых ценителей. То есть почти все жители здесь — «охотники».

— Ха-а... уф...

К этому Фиффу направлялась одна девушка.
Мария Афендженс, на тот момент ей было шестнадцать лет.
Она была послана сюда по приказу папы Федоро Максимуса для расследования. В одиночку, без охраны.

Отправлять девушку с еще детскими чертами лица в место, где большая часть обзора погребена под снегом, — с точки зрения здравого смысла это было немыслимо. Однако Мария — «Святая». На всякий случай поверх облачения послушницы она набросила тяжелое пальто, но снег даже не касался её тела. Магия света, окутывающая её, растапливала его своим теплом. То же самое было и под ногами: там, где прошла Мария, обнажалась земля, будто снег сам расступался перед ней.

«Божье чудо» — любой верующий церкви Ориджина, увидев эту картину, сказал бы именно так. На самом деле она просто поддерживала активным заклинание, которое мог бы повторить любой другой пользователь атрибута света.

— ...Наконец-то показалось.

Вдалеке, на границе видимости, мерцало несколько огоньков. Эта деревня с кирпичными домами не выглядела заброшенной, несмотря на малую численность населения. Поскольку благодаря охотникам жители были богаты, это было вполне естественно. Но Марии было всё равно. Её цель не в самой деревне.
Церковь, установленная в Фиффе... и руины храма. Миссия, которую она должна исполнить, ждет её там.

◇ ◇ ◇

— Св-святая?! Неужели вы добрались сюда в одиночку?!

Когда Мария постучала в ворота церкви, встретивший её священник выглядел крайне потрясенным. Монахи и рыцари, стоявшие рядом, тоже разинули рты, глядя на неё, стоящую совершенно невозмутимо. И неудивительно. Священник сам просил собор о помощи и присылке оперативной группы, но ему не сообщили, что прибудет сама Святая.

— Эй вы, чего застыли?! Живее отведите Святую в тепло! Приготовьте горячий суп. Ты — принеси одеяло!

Священник в панике раздавал указания. Мария, мягко улыбнувшись, сказала нежным голосом:
— Не беспокойтесь, я не замерзла. Но ноги устали, так что я была бы признательна, если бы мне позволили присесть.
— Это проще простого! Желаете что-нибудь еще? Просите о чем угодно!

Пройдя стадию паники, священник впал в состояние крайнего возбуждения. Возможно, он просто был фанатом Святой и его переполняли эмоции от встречи с кумиром. Однако перед человеком, который предлагает столько всего, было бы неловко ни о чем не просить. Мария была вынуждена сказать:
— В таком случае... мне неловко, но можно ли получить немного еды? Чтобы облегчить поклажу, я взяла с собой только вяленое мясо и воду.
— Будет исполнено! Эй вы, еду! Приготовьте самую лучшую, самую изысканную еду, какую только можем подать!

По приказу священника монах бегом бросился на кухню.
— Нет, настолько изысканную не нужно... — прошептала Мария, но её слова до него не дошли. Впрочем, останавливать их было бесполезно. Для верующих Святая была именно таким существом.

◇ ◇ ◇

Вскоре Марию проводили в приемную внутри церкви. Огонь в камине хорошо прогрел комнату, и, сев в кресло, она тихо вздохнула. На улице она не чувствовала холода, но от бесконечного созерцания заснеженных пейзажей душа словно замерзала. Глядя на танцующее пламя, она чувствовала, как налипший лед в сердце тает. Поддавшись уюту, ей хотелось просто уткнуться лицом в стол, но это было непозволительно. Ведь Мария — Святая. В качестве платы от неё требовалось соответствующее поведение.

— Итак, Святая, что касается запроса на расследование... — спросил священник, стоя перед ней.
— Вы выглядите неспокойным, поэтому сначала присядьте. И вам нет нужды чрезмерно принижать себя передо мной. Формально статус священника выше моего.
— Нет-нет, что вы! Святая для нас, последователей Ориджина, — объект поклонения. Я и в мыслях не могу допустить, что стою выше вас.

В каждом храме церкви Ориджина обязательно установлена «Статуя Ориджина». Считается, что она изображает бога-творца Ориджина, и Святая была существом, очень на неё похожим. То есть живым идолом. Тот, кто получает откровения напрямую от Ориджина и дарует людям милость, — это Святая. Папа и кардиналы тоже могут слышать откровения, но только потому, что прошли обряд крещения Ориджина в Крестильне великого собора.
Но Мария другая. Она с рождения обладает силой общаться с Ориджином и слышит его без всяких обрядов — такова была «легенда» Святой.

Церковь прогнила настолько, что без подобных уловок верующих было уже не удержать. Каждый раз, когда папа и кардиналы укрепляли связи с королевством и их действия приобретали явный политический подтекст, нормальные священнослужители скорбели. Они задавались вопросом: не забыло ли руководство об истинной цели церкви Ориджина, не погрязло ли в корысти? Чрезмерное расширение рыцарского ордена, запрет на лечебные травы — всё это выглядело как способ набить карманы верхушки.

На самом деле именно в этом и заключалась цель Ориджина: он с самого начала не собирался даровать жителям королевства милость. Но рядовые служители не могли этого знать. Естественно, у них возникали подозрения. Появились фракции «анти-папистов», и раскол церкви стал лишь вопросом времени. Для выпуска пара и была создана «Святая». Она должна была исполнять ту самую «истинную миссию», о которой якобы забыл папа — по сути, она была средством потянуть время.

Разумеется, поначалу было сопротивление самой системе Святой, но Мария развеяла его своими делами. Она работала не покладая рук. Путешествуя по всему королевству, она безвозмездно помогала множеству людей. В результате образ Святой сработал именно так, как планировал папа, и теперь одно её имя вызывало безусловное доверие у любого священнослужителя.

— И всё же господин Федоро поступил некрасиво. Если должна была прибыть Святая, мог бы предупредить заранее.
— Думаю, он не хотел обременять вас. Если бы вы знали, что я приду, вы бы начали готовить чересчур пышный прием.
— В таких случаях как раз неловко, когда не можешь принять гостя достойно. Но... возникла проблема.
— Что случилось?
— Могу ли я доверить этот запрос Святой... — священник нахмурился с серьезным видом.
Мария обеспокоенно посмотрела на него:
— Я пришла именно для этого, так что говорите без стеснения.

Когда она улыбнулась, щеки священника покраснели. Святая — это идол, в ней был элемент «айдола» для верующих. Он нервничал не только потому, что прибыл высокий чин церкви.

— Р-раз Святая... так говорит... — Священник откашлялся и начал рассказывать о событиях в деревне. — На самом деле в этой церкви было четыре монаха, и трое из них бесследно исчезли, отправившись к руинам храма. Прошла уже неделя, но не найдено ни единой зацепки...
— Почему они отправились к руинам?
— Я слышал, они пошли проверить слухи.
— Слухи?
— Да... Говорят, что в окрестностях руин появляется некий «шестой монах», которого не должно быть в этой деревне.

В церкви Фиффа числилось всего пять монахов. К слову, все они были мужчинами.
— Вы слышали об этом от жителей деревни?
— Нет, об этом начал говорить один из пропавших монахов.
— То есть это был не просто слух, а свидетельство очевидца.
— ...Теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что так оно и было.

Это не было местной легендой. Но, возможно, двое других монахов не поверили рассказу о «призраке в руинах». И чтобы проверить это (или испытать свою храбрость), они специально отправились туда ночью. В глухой деревне без развлечений это было способом убить время.

— Есть ли вероятность, что на них напали монстры?
— Следов борьбы не было. К тому же они хоть и рядовые, но монахи. У них должна быть сила уровня ранга C по меркам авантюристов, поэтому трудно представить, что они все погибли от лап местных монстров.
— Понятно... Действительно странная история. Вы правильно сделали, что отправили запрос папе.

После слов Марии священник выглядел облегченным. В церкви Фиффа, помимо пяти монахов, постоянно находились два церковных рыцаря. Для такой маленькой деревни это было много. Отчасти это объяснялось тем, что заснеженное, уединенное место идеально подходило для аскетичных тренировок. И то, что при таких силах им пришлось просить помощи у собора, наверняка было ударом по гордости священника как руководителя. Тот, кто заботится лишь о своей репутации, мог бы попытаться тайно нанять авантюристов или местных охотников. Но он выбрал безопасность товарищей и деревни, а не свою честь.

— Давайте завтра же обследуем руины. Вы сможете проводить меня?
— Разумеется! Я готов не только проводить вас, но и выполнить любое ваше приказание.
— Хи-хи, не будьте так напряжены. Я ведь всего лишь шестнадцатилетняя девчонка.
— Вы слишком скромны для человека с такой силой и добрым сердцем.
— Добрым сердцем... — Улыбка Марии на мгновение померкла. Она сказала с самоиронией: — Вы меня переоцениваете. Только из-за титула Святой все верят мне безоговорочно. Это удручает. Я далеко не идеальный человек.
— Святая... — Священник не нашел слов. Мария снова нацепила привычную улыбку: — Простите, я начала ворчать. Давайте составим план на завтра.

◇ ◇ ◇

На следующее утро Мария покинула церковь и направилась к руинам. Её сопровождал не только священник. Последний монах и два рыцаря — все наличные силы церкви Фиффа шли позади Святой, чтобы охранять её. Предложение пойти всем вместе исходила от самой Марии. Священник и сам собирался так поступить, но в её инициативе он почувствовал странное несоответствие. Мария называла себя «неопытной», но её сила была неоспоримой: в шестнадцать лет она обладала мощью ранга S. Для сравнения, священник был ранга B, а остальные — ранга C. Даже если бы они четверо напали разом, им бы не удалось победить Марию. Зачем же ей понадобились они все?
Священник не сомневался в Марии, но ему было тревожно. Что же затаилось в этом храме?

Вскоре они добрались до цели. Перед Марией предстало каменное сооружение, большая часть которого превратилась в руины. Здесь даже не осталось крыши, и почти не было места, где можно было бы спрятаться. Поскольку укрыться от снега здесь невозможно, обычному человеку продержаться тут неделю нереально. К счастью, сегодня снега не было, и поиски шли легко.

Они разделились и тщательно обыскивали руины в поисках следов пропавших. Но из-за прошедшего времени ничего найти не удавалось.
— Будь у меня магия ветра, найти было бы проще... — пробормотала Мария. Здесь были только служители церкви, а значит, только пользователи атрибута света. Свет хорош для исцеления, но не так гибок, как огонь или ветер.

Спустя три часа поисков, когда все уже начали отчаиваться...
— Ах! — воскликнула Мария. Все посмотрели на неё. — Здесь... кажется, что-то есть. Похоже на люк.
Он почти не отличался от пола, но на ощупь чувствовался крохотный выступ. Священник и остальные тоже ощупали камни.
— Действительно... Как и ожидалось от Святой, мы бы ни за что не заметили.
— Нет, я нашла это случайно. Но... кажется, руками его не открыть.

Ручек не было. Вероятно, был какой-то механизм. Но Мария не собиралась его искать. Она попросила остальных отойти, встала рядом с люком и выставила руки вперед.
— Джаджмент! (Суд!)

В воздухе материализовался световой меч размером с человека и на огромной скорости рухнул вниз.
— О-о, это и есть магия Святой...
Размер меча зависел от вложенной маны. Мария не собиралась прикладывать много сил, но для священника меч выглядел гигантским. Клинок вонзился в землю, люк разлетелся вдребезги, открывая глубокий проем. Когда пыль осела, священник заглянул внутрь.
— Это... лестница?
— Похоже на то. Идет вглубь, но отсюда не видно, что там.
— Неужели монахи спустились туда?
— Вполне вероятно. Иначе они не могли бы просто раствориться в воздухе.

Внизу лестницы царила глубокая тьма. Неизвестно, как далеко она ведет. К счастью, пользователи атрибута света могут освещать тьму. Было еще светло, и если они начнут сейчас, то смогут вернуться до заката.
— Что будем делать, священник? Вернемся и подготовимся или...
— Нет, нужно проверить сейчас. Мы не можем больше отнимать время у Святой. Тогда я пойду первым...
— Нет, пойду я, а вы идите за мной.

Мария создала магический шар света, пустила его впереди себя и начала спускаться. Лестница была очень долгой. Судя по состоянию стен, она была не такой древней, как сами руины.
В конце лестницы перед Марией предстала современная металлическая дверь. Священник и остальные были в замешательстве от появления такого объекта, совершенно не вписывающегося в окружение, но Мария без колебаний открыла её и вошла внутрь.

— Это... что же это такое...
— Даже в столице редко увидишь такие... продвинутые здания...

Потолок освещали магические лампы, стены и пол были из серого металла. Несмотря на безжизненность, было очевидно, что это построено с использованием технологий, далеко превосходящих всё в Фиффе. Прямо уходил коридор с множеством дверей и развилками. Судя по эху, место было огромным. Пока они стояли в оцепенении, в конце коридора мелькнула тень.

— Это... монах?
— Один из пропавших! — Священник узнал его по фигуре.

— Значит, они действительно забрели сюда.
Ведомые священником, они побежали в конец коридора. Тень снова мелькнула за поворотом.
— Эй! Подожди! — крикнул один из рыцарей. Реакции не последовало. Когда они добежали до поворота, монах снова скрылся вдали.
— Почему он убегает от нас? — Священник недоумевал.
— Странно. И это был не тот, кого мы видели первым.
— Похоже, все трое здесь. Они что, издеваются над нами? Заставлять Святую бегать за ними — какое нечестие! Живее, поймаем их!

Мария в третий раз горько улыбнулась и последовала за ними. Теперь пропавшие монахи стояли все вместе в центре перекрестка. Они не убегали, но и не реагировали на крики. Просто стояли спиной к ним.
— Эй вы, хватит паясничать! — Священник подошел и грубо развернул одного за плечо.
— Чего ты лыбишься? — Священник увидел на лице мужчины странную усмешку. Остальные двое обернулись с такими же лицами. — Цвет лица хороший, не истощены. Похоже, вы здесь неделю жили в полном комфорте.

Священник явно испытывал облегчение от того, что его подчиненные целы.
— Ладно, объяснитесь позже. Святая, прошу прощения, они нашлись подозрительно легко.
— Главное, что они живы.

Пока священник отчитывал монахов, те продолжали стоять с этой застывшей усмешкой. Когда остальные начали чувствовать неладное, один из монахов заговорил:
— Когда мы пришли сюда, мы встретили человека, одетого так же, как мы.
— Хорошо, расскажешь потом, а сейчас...
— Он стоял один в темноте без света. Это было подозрительно, но когда мы заговорили, он назвался «служителем церкви Ориджина».

Монах начал рассказывать историю, хотя его не просили.
— Мы не знали, что у церкви есть другие объекты, кроме нашего храма, поэтому нам стало любопытно. Мы спустились по лестнице... Нам сказали, что это место — руины объекта, где изучали «Химер». Когда мы спросили того человека, почему он здесь, он ответил: «Потому что я тоже — руина». Мы не поняли, но скоро узнали смысл этих слов.

Рыцари уже обнажили мечи. Монах говорил человеческим языком, но диалога не было. Он просто выдавал информацию.
— Тю-тю, тю-тю, тю-тю, — Монах начал издавать звуки, похожие на писк крысы. — В его рту... хотя я не уверен, был ли это рот, скорее просто дыра... оттуда вылезла трубка и начала: тю-тю, тю-тю. Мы поняли, что это был акт размножения, но мне было не до того, я просто кричал от боли.
— Размножения?..
— Священник, отойдите от него! — крикнула Мария, но тот словно прирос к полу.

Тела монахов начали деформироваться, будто внутри что-то шевелилось.
— Он передал нам послание для вас: «До вылупления осталась примерно неделя».
Пропали они неделю назад. А значит...
— Бо-бо... бо... — СЕЙЧАС.

Из их ртов, ушей, носов и даже глаз, выдавливая глазные яблоки, начали лезть существа. Черные тени с восемью ногами.
— П-пауки?!
Их были тысячи. На головах пауков были розовые спиралевидные органы, извергающие красную жидкость, похожую на кровь. Тысячи спиралей пульсировали, издавая омерзительный хлюпающий звук.

Один из рыцарей бросился вперед, пытаясь защитить священника. Его меч, усиленный магией света, легко рассекал пауков, но их было слишком много.
— Я... я не пущу вас! Я защищу священника... защищу... а-а-а-а-а!
Пауки уже облепили его, забираясь под доспехи через сочленения. Другой рыцарь схватил заторможенного священника и потащил прочь. Мария последовала за ними.

Сзади доносились предсмертные крики.
— Святая! Куда нам бежать?! — Монах, оставшийся в живых, был в панике. — Ответьте! Вы ведь слышите Ориджина! Спасите нас!
Мария молчала.
— Скажите хоть что-нибудь! Мы что, зря пришли?! Вы здесь, чтобы спасти нас!

Пауки отрезали путь к выходу.
— Почему... почему это происходит?!
За их спинами серое пространство пола, стен и потолка стало черным от ковра пауков. Они вбежали в ближайшую комнату и заперлись. Мария осталась снаружи, выставив руки:
— Дивайн волл! (Божественная стена!)
Стена света перекрыла коридор. Это была лишь отсрочка.
— Священник, скорее внутрь! Я не смогу долго их сдерживать!
Священник в отчаянии запер дверь и начал строить баррикаду из мебели.

Монах в углу рыдал, осознав, что это он не остановил друзей неделю назад. Священник осматривал комнату. Это была лаборатория с образцами в банках. На полках стояли книги. Священник взял одну и побледнел, увидев на ней символ церкви Ориджина.
— Это место... построила церковь? — Догадался рыцарь.
— Похоже на то. Те «монахи» были сотрудниками этого объекта. Значит, церковь создавала этих монстров?!
— Мы должны выбраться и рассказать всем об этом нечестии! — Священник был в ярости. Церковь перешла черту.

Но выхода не было. Рыцарь заметил вентиляционный люк под потолком. Священник подставил стул и начал трясти крышку. Она сидела плотно.
— Я разрублю её мечом! — Сказал рыцарь.
— Нет, я попробую магией...
Священник замер. Монах в углу закричал от ужаса, указывая на стену за спиной рыцаря. Из-за книжного шкафа вытянулись две длинные, черные, мохнатые лапы.
Мать-паучиха. Она была в сотни раз больше своих детей.

Священник онемел от страха. Он даже не смог крикнуть рыцарю «Берегись!». Гигантский паук прыгнул с потолка.
— Гха?! Что... а-а-а-а! — Паук вонзил трубку из своей спирали прямо в череп рыцаря. Тот обмяк, его сознание было поглощено. Паук начал высасывать внутренности.

Монах, окончательно обезумев, бросился к двери, раскидывая баррикаду. Он выбежал в коридор... прямо в объятия тысяч маленьких пауков.
— О боже... — прошептал священник, видя, как пауки облепили его товарища.

Мать-паучиха повернулась к священнику. Он в отчаянии выпустил «Джаджмент», но меч лишь отскочил от прочной крышки вентиляции. Со второй попытки люк поддался. Священник запрыгнул внутрь, чувствуя за спиной ветер от удара лапы паука. Он полз по узкой трубе, слыша сзади хлюпанье — мать-паучиха пыталась протиснуть голову в узкое отверстие.

В конце концов он выбрался в другой части коридора. Там было пусто. Он увидел вдалеке тела троих монахов. И тут он услышал шаги. К нему шла Мария. Целая и невредимая.
— Святая... вы живы!
Мария молчала.
— Святая? Неужели вы тоже... под контролем пауков?
— ...Нет.

Мария остановилась перед ним. Она выглядела печальной.
— В чем дело?
— Я ведь говорила вам в начале... О том, что меня удручает то, как люди безоговорочно верят Святой.
— Простите, я не понимаю...
— Это был не намек. Это была констатация факта.
Она подняла руку. «Джаджмент». Световой меч пронзил священника.

— Почему... вы... — прохрипел он, захлебываясь кровью.
— У церкви много секретов, которые важнее человеческих жизней.
Мария прошла мимо него. Сзади к ней подошли пауки, но они не нападали. Они подчинялись.
— Значит... с самого начала... вы...
— Мир так устроен: власть всегда попирает правду. К тому же... я сама — символ этой лжи.

Она пошла к выходу. Пауки начали пожирать еще живого священника. Ориджин специально не дал им съесть его глаза сразу, чтобы тот видел свою ужасную смерть до конца.
— Как всегда, дурной вкус, — пробормотала Мария, поднимаясь по лестнице. Она чувствовала, как в её голове шумит «откровение» — бесконечный шум, приказывающий ей действовать.

◇ ◇ ◇

— Сестренка!
Маленькая девочка — Сэра — бросилась к Марии и обняла её.
— О-о, от тебя пахнет сестренкой!
— Сэра, ты всё еще такая прилипала. Небось опять ночью описалась... — поддразнил её мальчик по имени Эд.
— Эд, это не имеет отношения к делу! — огрызнулась Сэра.
Мария улыбнулась. Здесь, в великом соборе, она чувствовала себя собой.

— Мария, ты выглядела хмурой. Теперь я спокоен, — сказал Джони, их старший товарищ.
— Мы пришли поздравить тебя. Мы с Эдом наконец сдали экзамен и стали церковными рыцарями!
— Поздравляю! В шестнадцать лет — это достижение, — искренне порадовалась Мария.
Они весело болтали, пока к ним не подошел монах. Лицо Марии мгновенно стало холодным. Лицом Святой.

— Кардинал Тоиццо ждет вас.
— Ой, сестренка, мы тебя задержали. Удачи! — крикнула Сэра вслед уходящей Марии. Только Сэра заметила, как потяжелел взгляд сестры при упоминании кардинала.

Мария шла по коридору.
«Неужели ты думаешь, что еще можешь вернуться?» — прошептал ей на ухо многоголосый шум Ориджина.
Она обернулась и на миг увидела вместо монаха спиральное чудовище с багровыми венами. Но видение исчезло. Она знала: ей не позволят вернуться к свету. Она должна стать монстром, лишенным морали, чтобы уничтожить этот мир.
Жестокость — это мрамор из черного и красного. Она должна пропитать им свою душу до конца.