Том 1 - Глава 128: Реальность, похожая на сон

Когда Флам открыла глаза, перед ней был белый потолок.
Она пристально разглядывала его — идеально чистый, оклеенный явно качественными обоями.
Интересно, где это она?
Её память обрывалась на моменте, когда она обнимала Милкит в дверях своего дома.
Она была истощена душой и телом, так что, должно быть, просто уснула на месте.
Но если так — почему её уложили не в домашней спальне, а в этом незнакомом месте?

Флам приподнялась и огляделась.
Комната была неоправданно просторной. Даже со всей мебелью здесь оставалось столько свободного места, что площадь казалась избыточной.
Можно было бы спокойно разделить её на две комнаты.
Кровать, на которой лежала Флам, прикроватная тумба, лампа, свисающая с потолка — точнее, люстра — всё сплошь предметы роскоши.

— Я оказалась в каком-то невероятном месте… На отель не похоже. На больницу тоже. Где же я?

Неужели она снова ввязалась в неприятности, едва успев всё закончить?
Флам задумчиво почесала затылок.
И тут она внезапно осознала: в теле была необычайная легкость.
Вернее, оно пришло в норму.
Никакой мутности в голове, никакой боли в сердце.

«Ну что ж, пора заняться твоим лечением»

Внезапно в памяти всплыли слова Сейлы.
Флам повернулась и посмотрела в большое окно.
Судя по всему, она находилась не на первом этаже: отсюда открывался вид на главную улицу.
Толпа по-прежнему была густой, но по сравнению с тем парадом всё выглядело куда спокойнее.
К тому же праздничные украшения были почти полностью убраны.

— Понятно, теперь ясно. Пока я спала, меня подлечили. Значит… я внутри собора.

Она не знала, какой метод был использован, но повреждения тела от нагрузки «Овердрайва», похоже, были полностью исцелены.
Не верилось, что такое можно вылечить так просто, но никто не знает её тело лучше неё самой.

— Если они смогли так быстро среагировать, значит, Сейла-тян заметила состояние моего тела еще четыре года назад?

Или кто-то другой подсказал ей.
Впрочем, лечение наверняка не было простым.
Флам проспала несколько дней, а то и дольше.

— С самого начала доставила всем проблем…

Она собиралась победить Ориджина и вернуться с гордо поднятой головой.
А в итоге её сразу пришлось спасать — вечно у неё всё идет не по плану.

— Ну, это на меня похоже. Я ведь, в отличие от Гадио-сана и остальных, не из тех, кто годится в герои.

С легкой обидой проворчав это, Флам снова плюхнулась на кровать.
Её голова мягко спружинила на подушке. Сразу чувствуется высшее качество — мягкость просто идеальная.
Одеяло было таким пушистым, что она едва не уснула снова.
Солнечный свет, падающий в окно, был таким уютным и теплым, что сознание Флам начало медленно уплывать в дрему.
Но тут в дверь постучали.

— Фья? М-м… Войдите-е…

Ответила она сонным голосом, протирая глаза и приподнимаясь.
В дверях появились Сейла и Нейгас.
Сейла была всё в той же безразмерной роскошной мантии.

— Похоже, ты проснулась.
— Да, спасибо вам, проснулась в лучшем виде. И простите, что доставила хлопот.

Флам виновато улыбнулась, и Сейла улыбнулась ей в ответ. В её взгляде читалось облегчение.

— Судя по всему, ты уже поняла ситуацию. Я рада, что мы это сделали, хотя бы ради того, чтобы увидеть твое расслабленное лицо.
— ...Я выгляжу настолько расслабленной?
— По сравнению с тем, как ты сражалась — ты просто «мякиш».

Флам невольно коснулась лица. Даже этот жест был куда мягче, чем в те времена, когда она сжимала Пожиратель Богов.

— Такой ты мне нравишься больше, это больше похоже на тебя, — заметила Нейгас.
— Я тоже так думаю. От серьезного лица только мышцы устают.

Она настолько привыкла к тому суровому облику, что могла бы принять его в любой момент, если бы захотела.
Но, если честно, ей хотелось прожить спокойную жизнь, где такое лицо ей больше не понадобится.

— Кстати, Сейла-тян, ты зашла так вовремя, будто знала, когда я проснусь.
— Я предсказывала, что это случится примерно через три дня.
— Неужели такое можно предсказать?
— Я не зря считаюсь мастером медицинской магии.

Сейла гордо выпятила грудь.
— Хе-хе-хе, вот она — сила моей Сейлы-тян! — Нейгас, поддакивая, самодовольно обняла её и потянулась к щеке за поцелуем.
Разумеется, Сейла не позволила ей подобные нежности в такой обстановке.

— Нейгас, мы же договаривались не делать этого в соборе! — Она попыталась оттолкнуть её с напускным раздражением.
Однако её лицо при этом казалось довольно счастливым.
Они совсем не изменились.

— Рада видеть, что вы всё так же ладите, — Флам тепло улыбнулась.
— Ничего хорошего в этом нет! Это священный собор, вообще-то!
— Да плевать на святость, это больше не религиозный объект, а просто штаб-квартира организации. И все и так знают о наших отношениях, — парировала Нейгас.
— Дело не в этом!

Похоже, Сейлу заботил её авторитет. И неудивительно, ведь теперь она возглавляла организацию медицинских магов.
После падения Ориджина церковь перестала существовать. Теперь монахи и монахини объединились в медицинскую структуру, спасающую жизни.
Из-за внешности Сейлу часто принимали за «талисман» организации, но её мастерство в магии исцеления было лучшим в королевстве, так что она по праву занимала пост главы.

Флам с улыбкой наблюдала за их перепалкой, но затем невольно перевела взгляд на пустой дверной проем.
Если они знали, что она проснется сегодня — почему Милкит здесь нет?
Да даже если бы не знали, Милкит наверняка бы не отходила от её постели всё это время.

— Ты ищешь Милкит? Тогда… — Нейгас хотела что-то сказать, но дверь с шумом распахнулась.

В комнату вбежала запыхавшаяся Милкит.
— Ха… ха… ха… Успела..!

Она встретилась взглядом с Флам и разочарованно опустила плечи.
— …Не успела, значит.
— С добрым утром, Милкит, — Флам помахала ей рукой.

При одном взгляде на неё губы Флам сами расплылись в улыбке.
Милкит явно очень спешила: кожа, видневшаяся сквозь бинты, раскраснелась, на лбу выступил пот.
— П-простите, я хотела вернуться до того, как вы проснетесь…

Милкит явно расстроилась, что пропустила момент пробуждения.
Глядя на неё, Флам...
— Да брось ты, иди сюда.

Она широко развела руки, как и при их встрече.
— Госпожа..! — Глаза Милкит засияли.

Флам понимала, чего она хочет. Флам проспала три дня, и Милкит наверняка было одиноко, даже если она знала, что та скоро проснется.
Милкит радостно и крепко обняла её, притираясь щекой, словно заявляя свои права на неё.

— Ох, госпожа, вы всё-таки невероятная. Вы куда добрее и милосерднее, чем я вас себе представляла!
— Ты преувеличиваешь. Если на то пошло, ты любишь меня куда сильнее, чем я могла вообразить.

Они обнимали друг друга, совершенно забыв про Сейлу и Нейгас. Те, впрочем, ожидали чего-то подобного и спокойно наблюдали за сценой.

— Если бы Сейла-тян была такой же пылкой… — вздохнула Нейгас.
— Дома я вполне… ласковая… — покраснев, пробормотала Сейла.

За эти четыре года они стали жить вместе, и наедине они действительно были очень близки.
— Нужно делать это при всех! Отбрось стыд!
— Я же говорю — я так не могу!

Короче говоря, Сейла была очень стеснительной. Она любила Нейгас, но не хотела показывать свою беззащитную нежность в городе, где у неё столько знакомых.

— Прости, что заставила тебя скучать сразу после возвращения, — прошептала Флам.
— По сравнению с тем, что было раньше, мне достаточно просто знать, что вы здесь.
— О, значит, ты всё время была рядом?
— Конечно. Я всё время держала вас за руку, наслаждаясь счастьем от того, что вы здесь.
— А по ночам они спали вместе, — вставила Сейла.

Милкит густо покраснела и опустила голову.
Весьма самоотверженный уход.
Впрочем, в их отношениях это уже не было чем-то из ряда вон выходящим.
Напротив, Флам было приятно чувствовать, что Милкит не хотела расставаться с ней ни на миг.

— Значит, ты не выдержала, хотя теперь мы будем вместе всегда?
— Не смогла…
— Ну, это понятно. Я бы на твоем месте сделала так же.
— Правда? Хи-хи, я так рада. Но, хотя мне хватало того, что я рядом, пока вы спали… разговаривать с вами в сотни раз лучше.
— Мы ведь еще столько всего не обсудили.
— Да… И еще… есть много всего… что я хочу сделать.

«Много всего» — от этой фразы теперь уже у Флам покраснели щеки.
В комнате, где находились три разгоряченные девушки, температура, казалось, начала расти.
Нейгас картинно начала обмахиваться ладонью: «Ох, ну и жара тут».

— Возможно, вы сочтете меня бесстыдной… но я тосковала по вам четыре года. А потом пришлось ждать еще три дня.
— Ждать…
— Думаю, из-за этого я стала очень жадной.

Глаза Милкит, смотревшие на неё в упор, были полны влажного жара.
Четыре года поменяли их возрастными местами — теперь ей было восемнадцать.
Флам не видела, что под бинтами, но черты лица стали определенно взрослее.
Но главное изменение было в фигуре — Флам чувствовала, как к её телу прижимается мягкая грудь.
Раньше Милкит была такой худенькой из-за многолетнего недоедания, но теперь её тело пришло в свою естественную норму.
И то, что Флам чувствовала влечение к ней, не было чем-то странным.

(Мы с Милкит — пара, чего это я вдруг застеснялась).
Это чувство немного отличалось от того, что она испытывала к Милкит раньше.
Но и только.
Если ты любишь, если ты влюблена — это естественно.

— Значит, я тоже могу любить тебя, не сдерживаясь, — Флам положила руку на щеку Милкит.
Та накрыла её руку своей мягкой и теплой ладонью.

— Вы не станете… презирать меня?
— Разве можно презирать любимого человека за его чувства? Если кто-то так делает, значит, он никогда не любил.
— Наверное, такие люди есть… но вы не такая. Вы принимаете любую меня со всей душой. Поэтому я хочу отдать вам всю себя — и тело, и сердце.

С этими словами Милкит пристально посмотрела Флам в глаза.
Флам молча ответила ей тем же взглядом.
Слов не было, но их сердца в этот момент вели свой собственный разговор.

— Сразу на максимальной скорости, в этом все вы, сестренки, — усмехнулась Сейла.
— Если бы у Сейлы-тян была хоть десятая доля такой смелости..!
— Я же говорю — дома я прижимаюсь к тебе!
— Нет, дело не в расстоянии, а в словах! Шептать нежные признания на ушко, смотреть в глаза… Я жажду именно этого…
— Я не умею говорить такие приторные вещи! Нейгас, а ты сама-то можешь?
— Ну, я из тех, кто предпочитает общаться телами.
— Ты просто извращенка.

На самом деле Флам и Милкит не старались специально.
Когда ты любишь человека, такие слова сами льются из сердца.
И их невозможно остановить.
Чувства подталкивают их, и они текут бесконечным потоком.
В итоге они еще долго смотрели друг на друга — и Сейла смогла начать свои объяснения лишь спустя несколько десятков минут.

---

Суть рассказа Сейлы сводилась к следующему.
Она знала о проблемах Флам еще четыре года назад, но тогда не понимала, что истощены именно мозг и сердце.
Чтобы разобраться в этом, она перерыла все уцелевшие в столице записи о рыцарском искусстве.
И среди манускриптов она нашла упоминание о секретной технике, которая считалась «существующей лишь в теории, ибо никто не смог её применить».
Это и был «Овердрайв».
Когда причина состояния Флам прояснилась, Сейла начала исследования магии, способной исцелить её.
Разумеется, не в одиночку.
Ей помогали Нейгас, монахини во главе с Тиной, Этерна, Джин и даже Шитум, которая находила время между делами Мао.
И всё же, если с сердцем проблем было меньше, то на восстановление клеток мозга ушло много сил.
В итоге заклинание было завершено лишь полгода назад.
Если бы Флам вернулась в прошлом году — способа вылечить её не существовало бы, и она бы просто угасла.

Хотя лечение закончилось, тело Флам еще не было в идеальной форме.
Ей разрешили вернуться домой сегодня, но предупредили, что как минимум месяц она должна избегать нагрузок и соблюдать покой.
Впрочем, она и сама собиралась это делать.
Она столько сражалась, что заслужила месяц безделья.
К тому же, Флам всё еще находилась в том же состоянии, что и во время битвы с Ориджином.
То есть со статами свыше миллиона.
Даже если она начнет немного двигаться, она вряд ли свалится от легкой усталости.

---

После этого Флам переоделась из ночной рубашки, которую на неё надели, в привычную рубашку и шорты.
Оказалось, Милкит сшила их сама, готовясь к её возвращению.
Качество было не хуже, чем у профессионалов — Флам снова поразилась её мастерству.
Как бы то ни было, она вышла из собора.
Взяв Милкит за руку, она направилась к дому.

— О, это же Отилия.
— Что за тон, будто вы нашли редкую зверушку?

Перед ними стояла Отилия с распущенными волосами, выглядящая куда более спокойной.
Раз она здесь, значит, рядом и Анриетта.

— Твое лицо стало… мягче?
— Возможно, это потому, что я оставила поле боя.
— Ты ушла из армии? И в качестве кого ты теперь рядом с Анриеттой-сан?
— Сейчас она мой личный секретарь.
— Я поддерживаю её и в работе, и в личной жизни.

Этот разговор начался еще четыре года назад.
Из-за разрушения столицы всё замялось, но когда битва кончилась и началось восстановление, Анриетта сама предложила это.
Она хотела, чтобы Отилия ушла из армии и была рядом с ней.
В конце концов, Отилия стала такой из-за того, что Анриетта вела себя неопределенно.
Это было её способом взять на себя ответственность.
У Отилии не было причин отказываться.
Она и в армию-то пошла только ради того, чтобы следовать за Анриеттой.
А теперь та сама позвала её — о лучшем и мечтать было нельзя.

— Хм, похоже, у вас всё идет куда лучше, чем раньше. И зачем же вы нас ждали?
— Возможно, в качестве охраны? — предположила Милкит.
— Именно так.
— Охраны? Для меня? Мне сказали соблюдать покой, но всё же…
— Дело не только в теле. Флам, ты знаменитость. Если ты выйдешь в город без подготовки, вокруг тебя сразу соберется толпа. Но если рядом будут военные, зеваки не посмеют подойти.
— Неужели всё так серьезно?

Флам не до конца в это верила.
Ведь когда она только появилась в городе, её приняли за косплеера.
— Я думаю, Анриетта-сан права. Даже со мной часто заговаривают на улице.
— С тобой, Милкит? Тебя просто пытаются склеить, потому что ты милашка?
— Если бы я не была известна, никто бы не стал заговаривать с девушкой, которая вся замотана в бинты.
— Ой, да они просто ничего не понимают, в этом же вся милота!

Просто влюбленная болтовня.
Отилия тяжело вздохнула.
— Твой знак, который раньше называли клеймом раба, теперь считается «гербом героя». И причина этому — ты, Флам.
— А, точно, кто-то уже говорил такое…
— Благодаря этому рабство фактически исчезло. Тебе стоит поскорее осознать свое влияние, чтобы в будущем не влипнуть в неприятности.
— Пока слабо верится… но я буду осторожна.

Флам коснулась своего «герба героя».
Для неё это по-прежнему было напоминанием о тяжелых временах.
Хотя она в какой-то мере простила Джина и боль утихла, она не могла искренне радоваться тому, что это называют гербом героя.

— Если благодаря этому Милкит стало легче жить, то, наверное, это хорошо.
— Вы что-то сказали?
— Нет, ничего. Кстати, Сейла-тян и остальные тоже говорили, что пойдут с нами.

Флам обернулась к собору.
Оттуда как раз вышли переодевшиеся Сейла и Нейгас.
Мантия Сейлы теперь больше походила на старую, скромную — теперь она совсем не отличалась от себя четырехлетней давности.

— Извините, что заставили ждать. Анриетта-сан, Отилия-сан, спасибо, что согласились помочь.
— Для военного, чье звание теперь лишь формальность, охрана — почетная работа. Мы справимся.

Анриетта вежливо поклонилась.
Сейла чувствовала себя неловко, но сейчас она определенно была одной из самых влиятельных особ в королевстве.
Конфликт с демонами исчерпан, Ориджин исчез, и армия королевства теряла свою значимость.
Сейчас они в основном занимались поддержанием порядка, разбираясь с теми, кто не мог вписаться в новое общество, но и это скоро утихнет.
И если бы нужно было показать силу местным дворянам — одной Флам было бы более чем достаточно.

— Кстати… — Флам, начав идти, обратилась к Сейле и остальным. — Раз вы идете с нами, у вас в нашем доме какое-то дело?

Для простого наблюдения это казалось слишком навязчивым.
Если бы они просто хотели зайти в гости — так бы и сказали. Да и живут Сейла с Нейгас рядом с собором, так что им совсем не по пути.
Флам не то чтобы подозревала что-то плохое, ей просто стало любопытно.

И Сейла…
— Ой! — выдала она слишком уж очевидную реакцию.
Флам даже растерялась — она не ожидала, что кто-то может так явно выдать себя.

— Слушай, Флам, не кажется ли тебе, что Сейла-тян, которая не умеет врать, просто само очарование? — Нейгас попыталась перевести тему.
Хотя в её случае была вероятность, что она говорит это совершенно искренне.

— Может, мне не стоило спрашивать?
— …Я… я ничего не знаю! — Сейла отвела взгляд, явно пытаясь скрыть правду.
Нейгас же выглядела возбужденной.
Похоже, это была тема, которую не стоило трогать.

— Ладно, я поняла, сделаю вид, что забыла. Ради чести Сейлы-тян.
— Пожалуйста, сделай так.
— У-у-у…

Пока расстроенная Сейла вздыхала, Милкит лишь горько усмехнулась.
Флам уже примерно понимала, в чем дело, но продолжила идти, делая вид, что ничего не знает.

Всё вокруг было слишком мирным.
Губы сами расплывались в улыбке.
Для Флам, бывшей в беспамятстве, та смертельная схватка произошла всего несколько часов назад.

(Воздух в этом мире такой мягкий и легкий…)
Даже кислород ощущался иначе.
Дышать было легко, жизнь не причиняла боли, и та тревога, что вечно сжимала грудь, исчезла без следа.
Это было то, что Флам завоевала.
То, что мир получил благодаря ей.
Поникшая Сейла, буйная Нейгас, тепло наблюдающие за ними Отилия и Анриетта… и Милкит, которая была счастлива просто от того, что они держатся за руки.
Всё было мирным и сияющим.
Флам не выдержала тепла этого переродившегося мира и тихо рассмеялась.