Том 1 - Глава 49: Школьная поездка

У Когумы, потерявшей отца, брошенной матерью и живущей скромно на одну лишь стипендию, тоже были свои маленькие радости.

Одна из них — ежемесячное зачисление стипендии.

Это не были «бесплатные» деньги, а скорее беспроцентный образовательный заем, который ей предстояло выплатить к тому времени, когда в Яманаси пустят поезда на магнитной подушке. Но сейчас остаток на счету в сберегательной книжке был самым осязаемым доказательством того, что она имеет право на существование в этом мире.

Заглянув в банкомат по дороге из школы, Когума просмотрела записи в книжке, которые почти не менялись от месяца к месяцу. Сумма, перечисляемая фондом поддержки образования, была довольно внушительной, но после вычета платы за обучение, аренду жилья, коммунальные услуги и прочие расходы, на «карманные деньги» оставались сущие крохи.

В эту же сумму входили расходы на еду и бытовые нужды. Раньше необходимость тратиться даже на маленькую роскошь заставляла Когуму тяжело вздыхать — это было всё равно что «прыгать с помоста храма Киёмидзу».

Теперь же, когда она села на «Каб», расходы на бензин и запчасти определенно выросли, но Когуме казалось, что вздыхать она стала реже. «Наверное, это похоже на чувство, когда заводишь домашнее питомца или иждивенца?» — думала она, выходя из банка и поглаживая сиденье припаркованного снаружи мопеда.

Этот «сожитель» нещадно пожирал деньги, но зато благодаря ему она могла ездить за продуктами в далекие дисконт-центры, а не переплачивать в ближайшем супермаркете, так что «Каб» честно вносил свою лепту в экономию на еде.

Когума снова взглянула в книжку. Среди прочих списаний была графа: «Накопления на школьную поездку». Деньги нужные, но было немного обидно видеть, как каждый месяц со счета улетает сумма, которой хватило бы на пару-тройку полных баков бензина и канистру масла.

Середина второго семестра. Время, когда ветер у подножия Южных Альп становится по-осеннему свежим. День школьной поездки — того самого виновника ежемесячных поборов — неумолимо приближался.

В этом году пунктом назначения была Камакура. Казалось бы, ехать в соседнюю префектуру — это как-то несолидно, но, по слухам, основатель их школы когда-то был вассалом клана Такэда, что придавало маршруту исторический смысл.

Когуму не интересовала ни история, ни знаменитые храмы Камакуры, но, заразившись общим ажиотажем одноклассников, она и сама начала с нетерпением ждать этой поездки. У неё не было друзей, с которыми можно было бы гулять по городу в свободное время, но она не сомневалась, что Рейко всё равно куда-нибудь её утащит. Вчера Рейко как раз приходила к ней с журналом, где была статья про трамвайчики Энодэн, и безапелляционно заявила, что они обязательно на них покатаются.

Но больше всего Когуму привлекала ночевка в гостинице. Видимо, сэкономив на расстоянии переезда, школа выбрала для проживания довольно роскошный рёкан. Для Когумы, живущей одной и привыкшей к аскетичному рациону, буклет гостиницы, прикрепленный к путеводителю, был настоящим искушением: ветчина из свинины «Кодза», рыбные блюда из Мисаки, сладости Камакуры — от одних картинок слюнки текли.

Полноценные обеды и ужины, которые подают прямо в номер, ванна с ароматом кипариса, свежие татами и пушистые футоны... Ради такого стоило откладывать деньги несколько месяцев.

Несмотря на все ожидания, утро в день поездки выдалось для Когумы крайне скверным.

Прямо с утра она слегла с высокой температурой. Она почти никогда не простужалась, но, видимо, резкий переход от жары к осени сделал свое дело. А может, Когума, вопреки своему характеру, просто переволновалась накануне.

Как бы то ни было, болезнь — вещь уважительная. К счастью, это была просто простуда. Позвонив в школу и сообщив о болезни, Когума укуталась в одеяло.

По-настоящему она разозлилась чуть позже — как раз тогда, когда весь класс должен был отправиться в путь. Она решила встать, чтобы сходить в больницу, если жар не спадет, но обнаружила, что температура чудесным образом испарилась, а самочувствие стало просто превосходным.

Утренний жар был мимолетным. Теперь она чувствовала себя бодрой и готовой хоть на край света, но было уже поздно. Роскошный ужин в рёкане, которого она так ждала, ускользнул из её рук.

В дурном расположении духа Когума мерила комнату шагами. Внезапно она оказалась обладательницей трех выходных дней, при этом по болезни ей даже не засчитают прогул. Но это её не радовало. Деньги, отложенные на поездку, в случае отмены в день отъезда наверняка не вернут. В лучшем случае учителя и одноклассники потом выразят сочувствие и привезут в подарок какую-нибудь коробочку с манзю.

Решив проверить почту и подышать воздухом, Когума накинула джерси поверх пижамы и открыла дверь. Взглянув на издевательски ясное осеннее небо, она в сердцах пнула камешек.

Камень отлетел и со звоном ударился о глушитель припаркованного на стоянке «Каба». Услышав этот чистый звук, Когума, забыв про почту, бросилась обратно в комнату и сорвала с себя всю одежду.

Оставшись нагой, она схватила шлем с гогглами и перчатки, лежавшие у входа.

«Решено. Я еду в Камакуру. Я платила эти взносы все эти месяцы. И никто не имеет права запретить мне съесть этот чертов ужин. Я хочу поехать — и я поеду. У меня есть "Каб", который исполнит это желание».

Когума начала собираться в свою собственную, одиночную школьную поездку. Ей предстояло выбрать одежду для самого длинного путешествия в её жизни.