Том 5 - Глава 2: Третья четверть

Третья четверть для Когумы и Рейко началась на два дня позже, чем у остальных одноклассников.

Обычные занятия уже шли полным ходом, но в классе царила какая-то сонная атмосфера. Те, кто уже определился с будущим, потеряли всякий интерес к школьной программе, зная, что аттестат у них в кармане; те же, кто еще не поступил, то и дело брали отгулы, в спешке пытаясь запрыгнуть в последний вагон.

Приближались общие вступительные экзамены. Некоторые ученики даже перестали ходить в школу, боясь подхватить простуду перед решающим испытанием. Лишь Сии, собиравшаяся поступать на факультет иностранных языков в токийский университет, дисциплинированно приезжала каждое утро на своем «Литтл Кабе». Она говорила, что на экзамене смотрят не только на знания, но и на психологическую устойчивость, а поездки помогают ей сохранять душевное равновесие. Каждую перемену она подходила к парте Когумы и ластилась к ней, словно ручная кошка.

Когума задумалась о себе. Благодаря рекомендации от школы её зачисление было подтверждено, а стипендия от североамериканского фонда обеспечивала оплату обучения и прожиточный минимум. Проблема была в другом: она до сих пор не нашла жилье.

Она с ходу отвергла роскошное и дешевое студенческое общежитие только из-за запрета на мотоциклы. На консультации по профориентации она самоуверенно заявила учителю, что найдет жилье сама, но за все зимние каникулы её поиски не принесли ровным счетом ничего.

Сейчас ей казалось, что за те две недели и два дня праздников она почти не отдыхала.

Сначала она решила, что ей нужны деньги, и принялась за работу в курьерской службе в Кофу-Сёва. Сдельная оплата, эксцентричная владелица по фамилии Укия и, прежде всего, служебный мотоцикл Honda VTR250 — всё это настолько пришлось ей по душе, что до самого конца года она только и делала, что работала.

С наступлением нового года курьерские будни продолжились, а к ним добавились еще и несвойственные ей хлопоты по спасению других. У Когумы осталось лишь одно ощущение: зимние каникулы пролетели мгновенно.

В итоге, хоть она и не продвинулась в поисках недвижимости, баланс на её счету заметно вырос. И еще — Когума сама не знала, хорошо это или плохо, — но круг её знакомств расширился.

«Может быть, я слишком часто сворачивала с пути?» — подумала она. Словно ученик, который во время подготовки к экзаменам начинает вдруг прибираться в комнате или залипать в смартфоне, она занималась чем угодно, кроме основной цели — подготовки базы для весенней жизни.

«Сегодня никаких крюков. На „Каб“ и сразу домой. Нужно засесть в телефон и перелопатить все сайты по аренде». С этой мыслью Когума дождалась окончания утренних уроков.

В третьей четверти выпускного класса расслабленно чувствуют себя не только ученики, но и сама школа: занятия сегодня закончились еще до полудня. Когда Когума уже собирала вещи, к ней кто-то обратился.

Это была одноклассница, чье имя Когума помнила смутно. Она была из тех активисток, что организуют любое школьное мероприятие. Когума и Рейко, совершенно не интересовавшиеся общественной жизнью, всегда смотрели на таких персонажей со смесью безразличия и легкой неприязни.

Когуму это устраивало. У них с Рейко были вещи поважнее школьных праздников. Её немного беспокоило, что Сии в последнее время стала проводить с ними слишком много времени, но, судя по рассказам родителей Сии, та лишь внешне казалась общительной, а в глубине души была очень похожа на Когуму и Рейко. Глядя на её сестру Эми, это было нетрудно понять.

Что касается Рейко, то на неё, видимо, только сейчас навалилась усталость после волонтерских поездок по заснеженным горам — она весь урок проспала, уткнувшись лицом в парту. Для Рейко её статус в классе имел не больше ценности, чем старая камера от шины. Бывает, хранишь одну такую, думая, что пригодится, но когда их скапливается две-три — выбрасываешь всё разом, осознавая, что и та первая на самом деле была бесполезна.

Девушка, окликнувшая Когуму, держала в руках журнал с вакансиями. Её компания уже определилась с вузами и теперь вовсю обсуждала планы на выпускной вояж и способы заработать на него денег. Она заговорила с Когумой так бесцеремонно, будто они были лучшими подругами:
— Слушай, Когума-сан, тебя подработка не интересует?

Интересует ли? Да она с прошлого года только и делает, что подрабатывает на «Кабе», а зимой и вовсе пересела на VTR. Когума хотела было это сказать, но поняла: если проявить интерес, девчонка привяжется еще сильнее, а это лишняя морока. Пока она подбирала слова, одноклассница уже открыла страницу журнала.
— Тут в курортной зоне Киёсато набирают школьников на подработку. Я подала заявку, и меня попросили привести друзей. Если ты не против, давай с нами?

Когуму больше раздражала не сама девушка, а её свита, прислушивающаяся к разговору. Они перешептывались и хихикали, гадая, сможет ли такая нелюдимая особа, как Когума, работать в сфере обслуживания. Злословие за спиной не причиняло вреда, но и пользы не несло, поэтому Когума решила поскорее закончить разговор.
— Я уже работаю. Сейчас не могу брать другие заказы.

Её работа курьером формально закончилась вместе с зимними каникулами, как и договаривались, но госпожа Укия сказала, что ждет её в любое время. Она еще упоминала про какое-то обещание: приехать к ней в школьной форме, раз уж Когума — единственная настоящая школьница в их женском коллективе. Когума такого обещания не помнила, но была не прочь выручить Укию, у которой вечно всё шло наперекосяк. Да и другие курьеры, хоть и со своими странностями, были профессионалами, на которых можно положиться.

Одноклассница, будто выполняя план по набору персонала, продолжала настаивать:
— Но эта работа лучше! Смотри, для школьников тут ставка высокая, и работа не пыльная.

Когума бросила взгляд на объявление и ответила:
— На моей нынешней работе платят больше.

Лицо девушки изменилось. Она хотела проявить милосердие к «бедной сиротке» Когуме, но её благородный порыв разбился о реальность.
— И сколько же тебе платят? Какая ставка в час? Сколько ты заработала за зиму? — в её голосе зазвучали эмоциональные нотки.

Когума на секунду задумалась: не противоречит ли такой вопрос правилам приличия? Наверное, в глазах этой девушки «спасение несчастной одноклассницы» было индульгенцией, позволяющей любые бестактности. Когуме это окончательно надоело, она достала смартфон и открыла файл с зарплатной ведомостью — документ, которому она доверяла больше, чем любым обещаниям.

Увидев на экране суммы — и сдельную оплату, и общий доход за каникулы, — одноклассница округлила глаза. А затем вдруг схватила Когуму за плечо:
— Когума-сан... ты же не занимаешься чем-то... непотребным? Нельзя так! Ты должна беречь себя!

Подружки за её спиной тоже уставились на Когуму. Попытка быстро закончить разговор дала обратный эффект. Пока Когума соображала, как сбежать, её телефон забривировал и издал сигнал вызова.

Забрав смартфон из рук ошеломленной девицы, Когума взглянула на экран и ответила. С этим человеком можно было не тратить время на приветствия.
— Когума-тян, есть работа!

Услышав голос госпожи Укии, Когума невольно улыбнулась.