Том 4 - Глава 66: Челюсть

Когума подцепила палочками стейк из вырезки средней прожарки. У неё было не так много опыта в жарке стейков, но, положившись на интуицию, она получила именно тот результат, на который рассчитывала.

Рейко, сидевшая напротив, до этого была полностью поглощена нарезкой мяса на кусочки «на один укус». Закончив, она переложила нож в левую руку, взяла вилку в правую и принялась за еду.

Акадза с ножом и вилкой в руках поочередно переводил взгляд то на Рейко, сидевшую с ним бок о бок, то на Когуму напротив. Видимо, осознав, что ни та, ни другая не могут служить образцом манер, он начал резать мясо с края, как пишут в учебниках, и отправлять в рот кусочки куда меньшего размера, чем у девушек.

Похоже, живя с матерью Когумы, которая привыкла к роскоши, не считаясь с содержимым кошелька, Акадза усвоил базовый этикет. Однако сейчас он выглядел несколько растерянным от внезапной возможности отведать сочный стейк после рациона из риса и реторт-пакетов.

Рейко без умолку болтала, обращаясь к Когуме. Темой был разбитый «Каб».
— «Донор»-то есть?

Когума, жующа картофельный салат, чтобы немного перебить жирный вкус мяса, ответила:
— Забрала за десятку служебную машину из кредитного союза, она у Сино-сана стояла.

Рейко подлила себе газировки и заодно наполнила опустевший стакан Когумы.
— Да за такой хлам можно было и посильнее цену сбить.

Когума подумала, что давно ни с кем так много не разговаривала. Ни она, ни Рейко не пили алкоголь, но, возможно, пузырьки газа действовали на них похожим образом. Она глянула на Акадзу: тот ел аккуратно, чередуя мясо, картофель и воду, словно школьник во время обеда.

— Времени не было торговаться.

Рейко, не заботясь о правилах приличия за столом, достала смартфон и принялась что-то искать.
— И правда... Цены на б/у запчасти для «Каба» подскочили. Пожалуй, забрать его за десятку, пока перекупы не набежали, было правильным решением.

Когума подалась вперед через стол, заглядывая в экран Рейко. Акадза, продолжая правильно пользоваться ножом и вилкой, наблюдал за двумя девицами, чей стиль трапезы был далек от идеального.

Когума, которая уже вовсю листала аукцион на чужом смартфоне, внезапно подняла голову и бросила Акадзе:
— Мясо жуй тщательнее.

Акадза, который до этого почти не жевал стейк, а сразу глотал, посмотрел на Когуму и Рейко — их челюсти работали так же активно, как и языки. Он послушно принялся пережевывать кусок.

Изначально Когума не планировала пускать Акадзу в дом, но сегодняшний ужин был чем-то вроде банкета в честь начала работ, совмещенного с производственным совещанием. У Акадзы еще не было знаний, чтобы участвовать в обсуждении «Каба», да Когума и не требовала этого от «инструмента», но она решила обучить его вещам, важным для предстоящего труда.

Крепкие зубы и челюсти — это сильная воля. Аппетит — это воля к жизни. Человеку, который пасует даже перед куском мяса, она не могла доверить свой «Каб».

Шумный ужин Когумы, Рейко и Акадзы подошел к концу.
Позавчера — суши, отобранные у матери. Сегодня — стейк. С тех пор как она разбила мопед, некто, заведующий балансом удачи и неудач Когумы, словно пытался возместить ущерб через еду.

Ей хотелось бы жить так каждый день — чтобы желудок был полон того, что любишь. Ей казалось, что «Каб» когда-то был куплен именно ради этого. Он всегда давал ей насыщение, и дело было не только в пище.

Закончив с мясом, Рейко повалилась на татами и потребовала десерт у Когумы, которая мыла посуду. Акадза всё так же сидел на своем складном стуле, не зная, куда себя деть.

Когума открыла холодильник и швырнула в Рейко зеленое яблоко, купленное в супермаркете.
В школьные годы, когда они с Рейко гоняли на «Кабах» в разгар летнего зноя, они часто утоляли жажду именно такими яблоками — не очень сладкими, но полными сока, который при укусе брызгал, как сидр. В Токио такие найти непросто, но, к счастью, в большом торговом центре у дома их продавали как ингредиенты для выпечки.

Рейко, проявив чудеса лени, начала грызть яблоко прямо лежа. Когума достала яблоко для себя, а еще одно, помыв, положила перед Акадзой.

Прислушиваясь к саундтреку старого западного фильма, доносившемуся из радио, Рейко хрустела яблоком; Акадза, подражая ей, тоже широко открыл рот и впился зубами в плод. От резкой кислинки он невольно сморщился, но, пересилив себя (как будто пьет крепкий алкоголь на спор), откусил еще раз.

Выбросив огрызок в окно, в сторону соседнего поля, Рейко села и произнесла:
— Ну что, за дело?

Собственно, Когума и пустила бездомную подругу на постой только ради помощи в ремонте. То же касалось и Акадзы, который всё еще доедал яблоко. Для Когумы и Рейко было очевидным фактом: если «Каб» сломан — его ремонт становится приоритетом номер один.

Поврежденные детали уже сняты. «Донор» на месте. Нужно как можно скорее составить список запчастей для заказа, а для этого надо начать работу.

Когума забрала огрызок у Акадзы, который не знал, до какой степени его обгладывать, и вместе со своим выбросила в мусор. Вытирая руки, она сказала:
— На сегодня хватит.

День выдался длинным. Поездка в Яманаси за «донором», утомительные разборки с «Сэккеном», лекции... Встреча с Рейко и совместный ужин. Когума понимала, что вымоталась и физически, и морально. В таком состоянии она боялась допустить ошибку в тонкой настройке механизмов «Каба».

Она подготовила всё, чтобы вернуть мопед в строй как можно быстрее, но опыт вождения научил её: когда спешишь, нельзя суетиться. В спешке важно не «прибавлять скорость», а «вычитать ошибки». Если на дороге ты едешь привычным маршрутом в привычном темпе, сознание не путается, и ты действуешь быстро не только в седле, но и после того, как с него сошел.

— Хм-м, — Рейко посмотрела на лицо Когумы, а затем перевела взгляд на контейнер-склад во дворе. В школьные годы, когда опыта было мало, они, как бы ни устали, сразу бросались чинить байк, если с ним было что-то не так. — Пожалуй, ты права.

С этими словами Рейко начала расстилать свой спальник, который привезла на «Хантере». Акадза встал со стула.
— Эм... Большое спасибо за ужин, — поклонился он, глядя по очереди то на Рейко, привезшую мясо, то на Когуму, которая его приготовила. Рейко лишь довольно сощурилась.

Когума открыла большое окно, которое было ближе к складу, чем входная дверь, и сказала Акадзе:
— Завтра в шесть утра.

Мальчик, который всё это время чувствовал себя в комнате не в своей тарелке, заметно успокоился, получив четкую инструкцию.
— Понял.

Акадза вернулся в контейнер. Когума наблюдала через окно, как он умывается у крана и чистит зубы щеткой из набора, подаренного «Сэккеном», а затем и сама принялась чистить зубы над раковиной.

Рейко, видимо, решила, что яблоко сойдет за чистку зубов, и уже нырнула в спальник. Когуме пришлось отвесить ей пинка по мягкому месту, чтобы заставить подругу встать и заняться гигиеной.