Том 4 - Глава 62: Библиотека

Покинув расположение клуба «Сэккен», Когума направилась к лекционному залу.

Она немного сомневалась, что делать с Акадзой. Формальную задачу — заставить его поблагодарить благодетелей — она выполнила, но вряд ли у парня найдутся какие-то дела, если отправить его домой пораньше.

Ремонт «Каба» не терпел отлагательств, но и впустую тратить своё или чужое время было глупо. Поразмыслив, Когума отвела Акадзу в университетскую библиотеку.

Огромное здание, под стать кампусу государственного университета, было куда масштабнее городской библиотеки в Хокуто, где Когума проводила время в школе.

По впечатлениям Когумы, которая уже несколько раз здесь бывала, библиотека была обставлена довольно скудно: полки ломились от журналов, модных новинок и развлекательного чтива, а вот количество действительно важных специализированных книг уступало даже ассортименту крупных букинистических лавок по соседству.

На стойке регистрации она уточнила, может ли посторонний человек пользоваться читальным залом. Оказалось, проблем нет. Тогда Когума велела Акадзе оставаться здесь и читать книги, пока у неё не закончатся лекции.

Акадза без тени сомнения кивнул и уже собрался было робко присесть на ближайшее свободное место, но Когума потянула его за руку.
— Иди за мной.

У окна тянулись стеллажи с периодикой. Пошарив в углу, где теснились модные, экономические и литературные издания, Когума выудила несколько журналов о мотоциклах и их старые выпуски.

Сложив стопку из десяти с лишним тяжелых журналов, она вручила их Акадзе. Тот слегка пошатнулся под весом ноши, но бережно прижал её к себе, стараясь не помять чужие книги.
— Читай это.

Заметив, что Акадза выглядит ошеломленным весом стопки бумаги, Когума добавила:
— Читать всё подряд не нужно, да ты и не сможешь. Сами реши, что из этого стоит запомнить.

Акадза перевел взгляд с журналов на лицо Когумы и неуверенно произнес:
— Я понял.

Журналы были лишь развлекательным чтивом, написанным ради забавы, и вряд ли могли служить серьезным справочным пособием. Однако через них можно было прочувствовать саму суть: реальное положение дел в мире мотоциклов, образ мыслей и повадки людей, которые на них ездят. Как минимум, глядя на рекламу, можно было усвоить самый понятный критерий — денежный.

Вспомнив, что лекция вот-вот начнётся, Когума вышла из библиотеки.

Отсидев на занятии по общеобразовательному предмету, не принесшему никакой пользы, Когума отправилась в столовую за дежурным обедом. Закончив с порцией риса с тушеными свиными потрохами (блюдо, которое больше подошло бы не студенческому кафе, а столовой на ипподроме), Когума внезапно подумала: «Как там Акадза?».

Опираясь на личный опыт, она знала, что от пропуска одного обеда человек вряд ли умрет, но всё же решила прогуляться после еды по залитой солнцем лужайке кампуса. Она не выбирала маршрут специально, просто хотела сделать небольшой крюк перед дневной лекцией, зная, что окна библиотеки выходят как раз на эту солнечную сторону.

Лето, кажется, окончательно ушло. Солнце светило ярко, но воздух стал сухим, и погода на улице была весьма комфортной. На лужайке, которая в разгар жары пустовала, теперь повсюду сидели студенты с коробочками бенто.

Коротко оглядевшись, Когума заметила Акадзу в тени деревьев на краю площади. Он сидел на своем чемодане, рядом стоял сиерра-кап, а сам он поливал рис в месс-тине соусом из пакета с китайским рагу.

Когума вспомнила себя в школьные годы. Рис из котелка и реторт-пакет. Если зажать пакет складной ручкой, как он сделал, в теплую погоду утренний рис сохранит тепло до самого обеда.

Глядя на Акадзу, который ел свой обед в тени деревьев, скрываясь от посторонних глаз, Когума подумала: «Он делает то же самое, что и я, но это совсем не одно и то же».

Её школьные обеды всегда проходили на стоянке рядом с «Супер Кабом», и у неё были друзья-единомышленники, делившие с ней трапезу. У Акадзы был только пустой чемодан. К тому же, Когума вспомнила, что Акадза положил в чемодан котелок и миску, но совершенно забыл про ложку и вилку.

Пока Когума наблюдала за ним взглядом куда более живым, чем на лекциях, Акадза поднялся со своего чемодана и робко приблизился к группе девушек, расположившихся неподалеку с обедом. Когума не слышала, о чем они говорят, но после того, как Акадза о чем-то попросил, одна из девушек со смехом протянула ему одноразовые палочки. Другая, будто соревнуясь, предложила свои лакированные палочки из набора, но Акадза взял те, что предложили первыми. Девушки начали показывать ему пакеты со сладостями и подзывать к себе, но Акадза, покраснев, замахал руками перед лицом, поклонился и попятился.

Вернувшись в тень, подальше от девчонок, Акадза взял полученные палочки и принялся за еду.

Даже если они ели похожую пищу, между Когумой и Акадзой была пропасть. Каждый листик овоща в её котелке, каждая рисинка были оплачены деньгами, заработанными на подработках, или стипендией, которую она получила с боем. Акадза же питался исключительно подношениями.

И эта разница вовсе не обязательно определяла, кто из них лучше, а кто хуже.